Лента блогов
Памяти Ровбут Олега МихайловичаТрадиция семьи Оленичевых - 05 09 1971
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


Таллинское мореходное училище рыбной промышленности встретило нас рабочей обстановкой. Курсанты подготавливали учебные помещения для встречи тех, кто только сюда поступил. Пока молодежь распределили по экипажам, где они до начала учебного года постигали азы распорядка дня, дисциплины..
У КПП, который находится в училище, двое курсантов долбили пол для установки проходной вертушки. Выше, на втором этаже, был слышен перестук молотков. Это ребята во главе с замполитом М. Тойви приколачивали к стенам коридора стенды, наглядные пособия, посвященные истории училища, его традициям.
Второй этаж выглядит наряднее. Тут же на стене — большая картина, рассказывающая о труде рыбака. Хорошо оформлена и витрина, где выставлены кубки, грамоты, вымпелы.
Она поведает новичкам о спортивной и комсомольской жизни училища. На сцене актового зала оживление. Здесь снуют курсанты. Они подготавливают сцену для торжественного собрания... В этом году шестнадцатилетний Сергей Оленичев с успехом выдержал вступительный экзамен и был зачислен курсантом ТМУРП на отделение холодильных установок. Кажется, ничего нет удивительного. Поступил, да и пусть учится. Но дело в том, что попасть в ТМУРП было давнишней мечтой Сергея. Впрочем, по порядку...
Более двадцати лет трудится на партийной работе Александр Михайлович Оленичев. Неоднократно он избирался секретарем партийных организаций, работал и в райкоме партии.
- Дело в том, - говорит Александр Михайлович, - что когда вышло Постановление ЦК КПСС об укреплении рыбной промышленности, многих коммунистов направили на флот. Получил направление и я . На многих судах проработал в должности первого помощника капитана. И вот уже - персональный пенсионер. Однако рыбопромысловый флот не бросаю. Сейчас работаю ответственным секретарем общества "Знание".
Полюбил я море, привил эту любовь моим трем сыновьям. И вот теперь мой младший Сережка тоже станет моряком. Стало семейной традицией встречаться в училище на празднике или в год поступления одного из них. Хочется видеть и внуков своих моряками.
По лестнице на второй этаж поднимаются два паренька. Один в форме курсанта четвертого курса, другой - в спортивном костюме, голова которого острижена наголо. Александр Михайлович улыбается и быстро направляется к ним.
- Знакомьтесь, это мои сыновья. Вот этот Владимир, средний, - показывает он на крепкого, низкого роста юношу в форменке. - А это Сергей, наш "виновник» встречи.
Мы стоим у окна в ожидании Валерия. Время идет незаметно. Сережка делится своими первыми впечатлениями об училище, а Володя снисходительно слушает. Хотя, по его же разговору, первое время удивлялся не меньше.
— Теперь что, — говорит Владимир, — вот раньше..
Что было раньше, мы не успеваем дослушать. К училищу подъезжает такси, и из него быстро выходит парень. Он в нейлоновой куртке, белой рубашке, галстук сбился. По всему видно, спешил, но перед входом в училище чуть задержался, причесал белокурые волосы... Это и был старший брат Валерий. Он со всеми поздоровался. Потрепал голову Сергея, называя его ласково "салагой", объяснил причину своего опоздания.
— Наташенька задержала, моя дочка. Ей два годика, а уже что-то балакает. Заигрался и...
Валерий окончил училище в 1969 году. За эти годы уже побывал во многих африканских странах: Касабланке, Марокко, Нигерии, Камеруне. Сейчас Валерий пришел на транспортном рефрижераторе "Иней".
— Работал на инпоставках, - рассказывает Валерий. — Ничего рейс получился... Нормальный. И с учебой все шло хорошо. Я учусь в ТПИ на факультете машиностроения заочно. Первого же сентября еду на два месяца в Калининград.
Там меня ждут курсы по повышению квалификации. Тяжеловато, но кому же не тяжело, кто учится?..
Отец и братья внимательно слушают его, не перебивают. Валерий работает в должности четвертого механика и работой своей доволен. Доволен потому, что она помогает ему и в учебе и в жизни.
Практика и теория, - говорит он, - неотделимы.
Разговор идет в форме отчета о проделанной за несколько месяцев работе. Александр Михайлович внимательно слушает сыновей, изредка переспрашивает, заодно рассказывает и о своей работе. В разговор вступает Владимир. Ему есть что рассказать. Сейчас он избран заместителем комсорга роты и теперь, когда ребята возвратились с практики, комсомольской работы хоть отбавляй. Владимир отличный спортсмен, штангист. Имеет второй разряд по вольной борьбе. Не было такого случая, чтобы он пропустил хотя бы одну тренировку. Мечта Володи - стать мастером спорта. И он им станет, было бы только желание.
- Распустили нас на практику и посыпали мы, как орехи в отдел кадров ЭРПО "Океан". Меня направили на БМРТ-396 "Иоханнес Рувен". Пришлось отдавать дань морю , - шутит Володя. - Когда попал в шторм, думал умру. Дня три ходил зеленый. Сжалился Нептун лишь на третьи сутки...
Все смеются, смеется и Сережка. Его глаза блестят от счастья, от встречи с родными.
- А теперь по экипажам и домам, - командует Александр Михайлович.
Вечер. Слегка моросивший дождик, переходит в ливень. Все торопятся. Расставаясь с этой дружной семье, тороплюсь и я.

Б. КОРОБЕЙНИКОВ.

Фото А. Дудченко
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти ПБ «Фридерик Шопен» и курсантов мореходок. ЗАПАХ РЫБЫ и МОРЯ - 25 08 1971
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

• МОЛОДЕЖЬ ЗНАКОМИТСЯ С МОРЕМ
• НА КАКИЕ КАДРЫ OPИЕHТИРОВАТЬСЯ
• Совершеннолетие - в океане
• "Рыбу легче жарить, чем ловить..."

... Четкие пункты социалистических обязательств, взятых и выполненных экипажем плаврыбозавода "Фридерик Шопен"... Рейс был напряженный. План остался планом, несмотря на то, что 70 человек экипажа - курсанты, молодые парни, в первый раз вышедшие в атлантический рейс ...


Как обычно, весной (и, чем дальше, тем больше) ЭРПО "Океан испытывает острые затруднения с кадрами. В этом, пожалуй, нет ничего удивительного, если познакомиться с системой комплектования судов флота палубными матросами и рыбообработчиками. Люди идут на флот стихийно, как кому вздумается. Уходят - тоже стихийно; захотел - ушел. Если к этому добавить и то факт, что все эти люди, съехавшиеся из разных мест Союза, как правило, ранее с морем не были связаны, а на флот, чего греха таить, многих влекло лишь желание подзаработать, то картина станет совершенно ясной. А ведь это - основная рабочая сила флота.
Можно ли спокойно, с уверенностью смотреть в завтрашний день при такой постановке дела?
Стоит лишь вспомнить, в какую сумму обходится государству один день простоя плавбазы в порту, как станет очевидным, что существующая система комплектования судов кадрами не соответствует требованиям и новой техники и всего производства в целом.
Где же выход? Его ищут. Большие надежды возлагаются на училища и школы рыбной промышленности. Их недаром называют кузницами рыбацких кадров. И, пожалуй, следует именно их держать в центре внимания, когда речь заходит о завтрашнем дне флота, о его будущем, ведь в мореходных школах и училищах учатся юноши, заветной мечтой которых стала "Звезда рыбака"...
Курсанты трех училищ - Таллинского, Ленинградского и Одесского - были на плавбазе полноправными членами экипажа. Просыпаясь по команде судовой трансляции, они жили одной жизнью с коллективом судна: распределенные по бригадам, каждый со своей сменой, спускались в рыбный цех, шли к местам швартовок, поднимались на капитанский мостик - место своей вахты.
- Конечно, сначала было трудно, - рассказывает секретарь комсомольской организации плавбазы Федор Кузьминов. - особенно рыбообработчикам. С рыбой раньше ребята дело не имели, а тут сразу - становись на расфасовку. Но задержек не было, старались не отставать ...
Чаще других приходилось сталкиваться с ними У. Мельникову, старшему помощнику капитана. И дело тут скорее в том, что опытный моряк понимал: это - его будущие помощники его смена. Пройдет год, и кто знает, может, вместе работать придется, вместе нести нелегкую морскую вахту.
- За рейс, - рассказывает Ульян Никитич, - курсанты прошли полный курс подготовки матроса. Осваивали такелажную работу, операции с грузовыми средствами. Под руководством боцмана изготовили два сплеска, много огонов... Правда, поначалу не все клеилось. Смотришь, порой вместе с прядью пеньки руку суют. Приходилось быть начеку, особенно во время швартовок...
- Ульян Никитич, вероятно, курсанты, приписанные к боцманской команде или к штурманам, считали себя счастливчиками?
- К сожалению, всех зачислить в палубную команду не представлялось возможным, - понял мой вопрос старпом. - Их же на борт поступило 70 человек, это, во-первых. Во-вторых, швартоваться в океане, скажем, с такой махиной, как "Станислав Монюшко", - дело не шуточное; зачимлили в боцманскую команду только тех курсантов, которые раньше, до училища, плавали и знакомы с этим делом. Ну, а в-третьих, - улыбнулся моряк, - многим из них не исполнилось еще и восемнадцати, а правила - сами знаете...
- Десятерых курсантов поздравили в рейсе с восемнадцатилетием, - подсказывает комсорг.
- Значит, свое совершеннолетие парни отметили в море?
- Да, их поздравляли всем экипажем…
Вдумайтесь в слова, сказанные Федором.
За бортом шумит беспокойная атлантическая волна, падает редкий майский снег. Бьется на ветру алый флаг Родины, до которой далеко-далеко... А тебе - восемнадцать! И пусть это было без особых торжеств, - только синие листки РДО от родных и друзей с берега, только чуть-чуть торжественный голос культурника, через судовую радиосеть на весь корабль, на весь океан вещающий о твоем совершеннолетии!
Какую пластинку выберет для тебя культурник: может быть, "Лайлу" в исполнении Тома Джонса, а может, "Звезду рыбака"? Прозвучит твоя любимая песня, вся бригада, когда ты спустишься в цех, кинется тебя поздравлять... И все. Не успеешь опомниться после задорных, горячих, шутливых объятий товарищей, не успеешь рубашку поправить, как уже - все по местам; рыба пошла! .. ничего особенного - день как день, трудовой, напряженный, но день это ты запомнишь навсегда!
Слов нет, кто-то празднует свое совершеннолетие иначе. Но не тебе им завидовать, пусть другие завидуют тебе. Потому что есть во всем этом что-то такое, над чем они, отмечающие свой день рождения в иной обстановке, получающие подарки, долго будут ломать голову. И только потом, может быть, поймут, что в твоем дне рождения, в твоем празднике было что-то настоящее, большое. Как хочешь, называй его, это настоящее. Можешь назвать романтикой.
Производственная практика курсантов на судах рыбопромыслового флота - дело сравнительно новое. Раньше эту практику они проходили на парусниках. И парторг, и комсорг в беседе со мной высказались за практику на рыбопромысловых судах. Как думает старпом?
- Парусная практика нужна, пусть короткая, но нужна. На парусниках курсанты досконально проходят судовождение и такелажную работу, больше обучаются борьбе за живучесть судна.
Здесь, у нас , в условиях ежедневной напряженной работы трудно обучить всему тому, что необходимо будущим штурманам. Но практика у нас имеет и свои плюсы. Главный из них: курсанты обучаются непосредственно в сфере производства, следовательно, хорошо поймут его организацию, освоят распределение работ по конвейеру, работу на пультах управления...
Вспоминаю, что прибавил к этому парторг:
- Проходя практику у нас, курсанты приобретают первые навыки жизни в трудовом коллективе, здесь формируются такие неотъемлемые качества будущего рыбака, как морская спайка, взаимопомощь, взаимовыручка, стойкость и убежденность. Без всего этого немыслим настоящий моряк...
Как проходила у вас учеба? - с таким вопросом обратился я к курсанту Ленинградской мореходки Петру Чернецкому.
- С нами в море был руководитель практики Ф. А. Филатов. Администрация судна выделила для нас специальное помещение. Мы его оборудовали, подготовили для занятий. Это еще на переходе. Пришли в район промысла - и ежедневно, по сменам, по четыре часа в день, занимались. Большую помощь в учебе нам оказывали старпом, штурманы судна. Они выделили для занятий карты, приборы. Особенно понравился старпом - всегда на любой вопрос ответит..
Мы разговорились с Петром в "курилке" у правого борта. Вскоре в наш разговор включились и другие курсанты. Откровенно делились впечатлениями о прошедшем рейсе. Вспоминали, как строго, четверо суток подряд, принимала комиссия во главе с капитаном экзамен на звание матроса второго класса. Кое-кому, оказывается, пришлось сделать по "второму заходу"...
Атлантика встретила их ка и положено - девятибалльным штормом, длившимся несколько суток, и многим было не до шуток. Но вскоре это прошло. Пошла рыба, и о качке забыли - на работе ведь качки не замечаешь...
Пока они обо всем этом рассказывали, перед моими глазами возник пульт морозильной камеры, этакая громоздкая установка, вся в инее. О ней не зря говорят: "Кто у пульта не стоял, тот и моря не видал".
- Кто-нибудь стоял из вас у пульта?
- О котором остряки придумали: "нажал кнопку - и на спину?" - улыбнулся Петр. - А как же! ... Вот мы с ним вдвоем и ворочали, - и указал на курсанта А. Баженова, такого же рослого и плечистого, как и он сам.
Заглянув в записную книжку, я неожиданно обнаружил, что фамилия Петра в ней уже есть. Вспомнил, парторг и комсорг говорили мне о нем много хорошего. Чернецкий - член КПСС, старшина курса. На самый трудный участок встал он. Правда, сам Петр и его друг объясняют это проще: мы же вроде посильнее других...
Слушаешь их и приходишь к выводу, что так называемых "трудностей" у них в рейсе и не было. А какого высокого мнения они о корабле, на котором плавали! Курсант Воробей, например, в своей заметке в судовой стенгазете так и пишет, что они гордятся тем, что их направили на судно, оснащенное передовой техникой. Что ж, вот поработают и, как говорится, на своем горбу испытают, что трудности еще есть, что дел впереди - непочатый край и, скажем , с тем же пультом морозильной камеры придется еще повозиться. Но это, видимо, произойдет с ними потом. А пока - пока пусть они остаются оптимистами. И это отрадно. Окончив тяжелый, напряженный рейс, поработав на славу, не хнычут, не жалуются, не морщат лбы, а удовлетворенные результатом первого в их жизни серьезного испытания, устремлены в будущее… Ведь прав поэт: "Рыбу легче жарить, чем ловить...".
- Скучали ли вдали от родных берегов? - спрашиваю.
- Бывало. Особенно, когда заштормит и работы отменяются. Возьмет товарищ гитару и споет что-нибудь про "берег желанный"... Ну, а если с погодой все нормально, то скучать некогда.
Да. Кроме работы и занятий с руководителем практики, раз в неделю собирались курсанты в красном уголке, изучали материалы XXIV съезда КПСС.
Все активно участвовали в общественной жизни судна. Курсант Зацаренко из Таллинской мореходной школы, редактировал "Комсомольский прожектор". Или, скажем, курсант Воробей. Он теннисист первого разряда, естественно, постарался "заразить" этим видом спорта и своих товарищей...
День выборов в Советы и День рыбака отмечали в море. Ну, разве можно встретить свой рыбацкий праздник без концерта самодеятельности? Талантов хоть отбавляй. Курсанты Черных и Яковлев "понимают толк" в гитаре, а Кошелев лихо управляется с ударными. Нашелся и солист - курсант Шанкевич...
- Здесь лучше, чем на паруснике! - без раздумий говорят ребята.
- Что парусник? Выведут на Балтику, поставят на рейд - и стой все лето! А здесь не сравнишь: здесь запах рыбы и моря!
Они все в робах: ведь на палубе во всю кипит работа. Заканчивается выгрузка рыбной продукции.

А. ЛЕБЕДЕВ, наш нешт. корр.

""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

На шкерке дорога каждая минута. Все зависит от ловкости рук и опыта

Фото И. Иванова
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти СРТР-9082 и его экипажей. Полный трал - хорошее настроение – 27 08 1971
У проходной порта — большая праздничная группа встречающих. Все они ждут СРТР-9082 «Ристна". Наконец, он у стенки причала. Слезы, смех и возгласы приветствий — все это так знакомо и дорого нашим морякам! В каютах тесно. Много нужно рассказать, многое поведать. Оставим счастливчиков и пройдем по судну.
— Беспокойное это время — приход. Нужно подготовить все документы для отчета перед береговыми властями.. сдать, привезенную рыбопродукцию, подумать о питании на берегу. Все эти дела не дают покоя и ночью, — говорит старший помощник капитана В. М. Кулягин. — По плану у нас был лов "кошельком" и тралом. Было выделено и поисковое время. Рейс начался с 6 мая и закончился 20 августа. Времени промыслового мало, а сделать нужно было многое.
Если говорить языком цифр, то за рейс трал сработал на 129 процентов - это 3520 центнеров различной рыбопродукции, а "кошелек" оправдал себя на 120 процентов - это более 900 центнеров сельди, скумбрии. Так, например, за трое суток промысла мы закошельковали 430 центнеров сельди. Разнообразие промвооружения - "кошелек" и тралы - вызвало и свои специфические трудности в работе команды в целом.
Много опыта и навыков отдали рейсу штурманский состав, машинная команда, матросы. Особо отличились мастер добычи Иосиф Гринкевич, боцман Евграф Гудков, шеф-повар Карл-Отто Каупу.
В рейсе кухня изобиловала разнообразием блюд. Много смекалки и профессионального мастерства вложил в меню Карл Августович.
Из машинной команды хочется отметить Геннадия Метса. Он работал в рейсе вторым механиком. С большой ответственностью и любовью относился он к своему делу.
На палубе идет выгрузка. Помогает ей и вахтенный матрос первого класса Борис Арсентьев. Не первый это его приход. И, наверное, не последний. С 1968 года Борис на флоте, и морская работа ему очень нравится.
Тралмастер Олег Ильин отдает распоряжения и тут же ныряет в сетевой трюм. Траловое вооружение нужно сдать в лучшем виде. Экономия промвооружения выйдет неплохая. A это стимуляция, которую получат ребята за бережное отношение к нему, своевременный уход и ремонт.
Олег выглядит молодо. Веселые, задорные глаза всегда смеются. Он похож на бывалого спортсмена. Обычно в характеристиках о таких пишут: обладает отличными морскими качествами...
Взрывом смеха встречают ребята очередную шутку Олега. В этом рейсе он впервые работает помощником мастера добычи. Бригада, которую возглавляет Олег, очень хорошо отзывается о нем. Хотя бы одно то, что Олег освоил работу помощника мастера добычи самостоятельно, вникая в дело практически, говорит о его настойчивости, целеустремленности. Есть у Олега и другие деловые качества. За свою работу, работу ребят он отвечает. Не было в рейсе такого, чтобы его смена ушла, не доделав чего-то.
Свою работу ребята передают из рук в руки сменщикам: полную палубу рыбы, исправный трал и хорошее настроение... Олег освободился на несколько минут от дел и вот что рассказал.
- Промысловая обстановка в Северном море была благоприятной. Мы неоднократно обнаруживали косяки сельди, скумбрии. И удачно сработали «кошельком". Многое, очень многое зависело от матросов, от их сноровки, умения вовремя производить тот или иной вид операции. Да и не удивительно, экипаж коммунистического труда молодой, с огоньком. В районе Скагеррака, где мы работали под тралом, были очень частые порывы из-за плохого грунта. Здесь мы промышляли сайду.
Это очень быстроходная и пугливая рыба. Часто после удачного подъема второй трал приходил пустым. Тут уж на помощь приходили штурманы, ушедшую рыбу быстро догоняли. Хорошей работой зарекомендовали себя матросы В. Клюшник, А. Востриков, Б. Арсентьев, Н. Аниськин и многие другие.
Хочется сказать о снабжении судов. Ребята ушли на 110 суток в мере и почти весь рейс промучились с траловыми досками.
При скорости судна 3.2 узла и весе досок 340 килограммом последние не давали полной посадки трала на грунт. Это плохо влияло на объем улова, если иметь в виду залегание рыбы на грунте. Это, пожалуй, наш основной недостаток в рейсе.
Олег бежит к подошедшей машине и о чем-то разговаривает с шофером. Потом — взмах рукой. Загудела грузовая лебедка, из сетевого трюма выплывают кухтыли, скобы, капроновые тралы...
— А теперь о нашем старшем мастере добычи, — продолжает Олег. - Его сейчас нет, он оформляет документы. Но то, что он сделал для меня и ребят в рейсе, будет долго помниться. Со спокойствием и знанием своего дела он вошел в коллектив. Всегда, когда приходилось трудно, слышался спокойный голос Иосифа Гринкевича. Он давал советы, и, как бы невзначай, поправлял, если что было не так. В трудное время промысла Иосиф Иванович часто бывал на палубе и не в свою вахту. За свой труд, успешное выполнение предсъездовских социалистических обязательств, чуткое отношение к экипажу Иосиф Иванович награжден орденом " Знак Почета". Он не только хороший производственник, но и активист. Его слова не расходятся с делом.
Олега зовут к машине и он уезжает на склады.
Рабочее время подошло к концу. Расходятся встречающие, уводя своих любимых и близких.
Через некоторое время судно пустеет. Ранним утром следующего дня ребята закончат выгрузку, сдадут свое имущество боцману Е. Гудкову и покинут судно, которое уйдет в ремонт. Останется на нем лишь дежурная вахта...
A через несколько месяцев вновь оживут каюты, принимая старожилов судна и новичков. Закипят подготовительные работы... Вновь будет рейс, успехи, проводы и встречи. Повторится то, что ребята называют обыкновенным рейсом .


Б. КОРОБЕЙНИК.
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти Николая Степовикова. Щедрость души рыбацкой – 15 08 1971
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Зампред Президиума ВС ЭССР Ансберг А. вручает орден Трудового Красного Знамени мастеру добычи Степовикову Николаю 14 июля 1971

В конце войны, когда Николаю было лет восемь, мать отпустила его на Каспий , к дяде, рыбаку Павлу Яковлевичу Степовикову. Отец-то не вернулся с войны, а у нее осталось пятеро - один другого меньше.
Рыбацкая шаланда стала для мальчика колыбелью, а сети с иглицей да вентаря - игрушками. Других-то игрушек он не видывал! Помогал дяде Павлу чинить неводы, перетаскивать на причал корзины со ставридой, белорыбицей, камсой...
Едва окончив очередной класс, отправлялся Коля на все лето, до сентября, на Каспий.
Но рыба - рыбой, а о "настоящей профессии" напомнил ему дядя Павел.
- Глянь на меня, племяш, - говорил он иногда вечером у костра, помешивая хворостиной уху в котелке. - Век я прожил у моря, а чему обучен? Белорыбицу за хвосты таскать из невода? Иглицей да зюзьгой орудовать? Надо тебе настоящее дело, а это - про запас...
И поехал Николай в Ростов-на-Дону в ремесленное училище "Ростсельмаша". Глянули там на его плечи - косая сажень - и решили: "Быть тебе кузнецом".
И через два года стал рыбак кузнецом. Но, как оказалось, не на век. Жилистый Колька-помор и кузнец превратился в Николая Николаевича Степовикова. И в военкомате, когда пришел срок, знали, где такой вот больше сгодится. Конечно, в Военно-Морском Флоте!

Новый матрос траловой команды СРТ-4545 Николай Степовиков оказался на редкость толковым парнем. У страшего мастера добычи Ивана Бруева наметанный глаз, он знает толк в сметливых ребятах. И он сказал себе: их этого малого сделаю я мастера, не будь я Иваном Бруевым.
Иван был немногословен, лекций не читал и отметок не ставил. Огрызком карандаша на фанерном ящике из-под сигарет он начертил трал со всеми его причиндалами и сказал:
- О своих каспийских вентарях накрепко забудь, парень. Трал сейчас волочится за нашей кормой на глубине триста метров и загребает по пути косяк, какой ни тебе, ни твоему дяде никогда не снился. И тысячью вентарей не возьмешь!...
А Николай никак не мог оторваться от туго натянутых стальных ваеров, уходящих за корму. Что-то даст первое траление?
- Так вот...
И учитель водил пальцем по фанере, втолковывал, где что находится и как оно вооружается, прежде чем уйти в глубину океана.
Через пару дней Иван вдруг спросил:
- А вот, ежели доска пойдет юзом. Ну, скажем, начнет наподобие плуга вспарывать грунт, что тогда?
- Вода взбаламутится, и рыба разбежится.
Иван пытается рассердиться, но видит хитрую улыбку ученика, и оба хохочут.
- Ну и шутник ты, Коля.
- Да уж сколько раз, Иван, ты мне объяснял это. Дохлая камбала, и та поймет.
- Нет, ты все-таки повтори.
- Так вот. Если траловая доска зацепится, скажем, за топляк, за камни или зароется в грунт, сила сопротивления на один из ваеров увеличится, и он запросто растянется, окажется длинней соседнего. Получится перекос, рыба в трал не пойдет.
- Постой, постой, так я же о растяжении ваеров тебе еще не рассказывал!
- Ну и что? А книга "Траловое дело"?
- Молодец. Все правильно.
- Хорошо, если зацеп будет обнаружен, - продолжал ученик. - А если доска проволокла какой-нибудь топляке или груду камней, а потом освободилась от препятствия, все будто пошло хорошо, а ваера-то уже стали, тю-тю, неравными!...
- Что тогда? - подмигнул ученик учителю.
- Хитер ты, Коля... Да, это опасная штука... Что тогда? - всполошился вдруг Бруев. - А тогда, ничего не подозревая, небдительный тралмастер будет скрести дно океана и раз, и другой, и все впустую...

После первого рейса Николая перевели на СРТР-9031, капитаном которого был Фридрих Тамм, пионер тралового лова в Эстонской флотилии. И когда Степовикову объявили, что пойдет он уже тралмастером, Николай растерялся. Хватит ли умения?
Разыскал своего наставника Ивана Бруева и поделился сомнениями. Иван выслушал, помолчал.
- Значит, побаиваешься?
- Как же без тебя, Ваня? А вдруг...
- Не падай духом, дружище. Я верю, все будет хорошо. Но ты напрасно раскис. Я тоже иду на тридцать первом старшим мастером добычи, потому что твердо решил сделать из тебя не просто мастера, а отличного мастера, понял?
После долгого и трудного рейса Иван Бруев сказал:
- Ну, Коля, теперь я с тобой расстаюсь. Вот тебе мой совет: не таи от других то, чего достиг.
Николай Степовиков плавал с капитанами Чеботаревым, Сериковым, Козиным, Пироженко, а с Чесноковым сделал шесть рейсов подряд. На пятнадцати судах плавал Степовиков, давно стал старшим мастером добычи, но до сих пор помнит наставление своего первого учителя: "Не таи от других...".
И не таил. На каждом судне оставлял достойного заместителя и со спокойной душой переходил на следующее.
Каждому говорил на прощание:
- Не таи от других того, чего достиг.
И эстафета рыбацкого опыта пошла гулять по Атлантике. Жалко, нет таких приборов, которые бы смогли измерить щедрость души человеческой.
И еще одна деталь. Как бы трудно ни приходилось, из каждого рейса каждое из пятнадцати судов, на которых плавал за эти годы Степовиков, в порту встречали с духовым оркестром.

Траулер капитан Игоря Падалко вырвался вперед в отряде флотилии. По всему морю разнеслась молва о Николае Николаевиче Степовикове. С моря летели радиограммы за подписью другого Николая Николаевича - Ермолаева, заместителя начальника экспедиции по политчасти. Скупы радиострочки, разве могли они рассказать обо всем, что произошло на промысле? Оставалось догадываться, что оба Николая Николаевича встретились в эфире на промсовете капитанов и быстро договорились. После этой встречи Степовиков начал радиоконсультации для всех, кого беспокоили неудачи, для всего промысла. В 15.00 его слушали латыши и литовцы, калиниградцы и мурманчане. И вопросы вперемежку с ответами чередой летели в эфир:
- У нас трал в порядке, рыбы много, а не идет! - кричали латыши.
- Вара, ваера почаще перемеряйте! Один наверняка длиннее другого! - отвечал Степовиков.
- Какой делью усилить крылья?
- Десять и семь десятых на восемнадцать.
Но не все доложишь по радио. Например, как делается нижняя подбора - не расскажешь. Тут надо показать своими руками. Благо Хельмут Луйдалепп уже прочно "стал на ноги", и можно было оставить судно на сутки-двое. И Степовиков перебирался с одного траулера на другой.
Возвращался довольный, хотя и усталый. Замертво падал на койку и через пару часов снова поднимался в радиорубку: промысел ждал его голоса в эфире.
Но теперь Степовиков не был одинок. В эфир выходили Иван Мартояс, Дмитрий Ченцов - большие мастера лова. Их многолетний опыт плюс новаторство Степовикова - это кое-что да значит! Один тридцать первый расходовал два с половиной трала вместо семи. А каждый трал стоит семьсот рублей!


После того, как в нашей газете появился Указ о награждении рыбаков "Океана" орденами и медалями, в редакцию стали часто звонить по поводу этого события. Просили передать поздравления награжденным. Этим очерком мы и передаем привет Николаю Степовикову по случаю награждения его орденом Трудового Красного Знамени.

К. ПЕТРОВ
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПОЗДРАВЛЯЕМ С ПРИСВОЕНИЕМ ЗВАНИЯ - 11 081971
СУДОВОЙ ЭЛЕКТРОМЕХАНИК II РАЗРЯДА
Гаврилова Василия Павловича.
Пшеничного Леонида Николаевича,
Хочунского Николая Сергеевича,
Питерюкова Бориса Максимовича,
Прудникова Владимира Николаевича.

СУДОВОЙ РАДИООПЕРАТОР II КЛАССА
Лийера Лаани Роландовича,
Meльдера Карла Леонхардовича,
Хасса Вольдемара Альбертовича.
Симберга Аво Аугустовича,
Абнера Рихо Михайловича.

СУДОВОЙ РЕФРИЖЕРАТОРНЫЙ
МЕХАНИК III КАТЕГОРИИ
Макаренко Бориса Владимировича,
Когана Филиппа Давыдовича,
Выркалева Тийта Хербертовича,
Ведерникова Владислава Ивановича.
Памяти Ровбут Олега МихайловичаЛечебница приборов – 11 081971
В ЯНВАРСКОМ номере "Рыбака Эстонии" мы познакомили читателей с работой электрорадионавигационной камеры, которая рас положена в районе Кадриорга. Сегодня мы продолжим наше путешествие, но уже по территории южной стороны порта, где трудятся остальные специалисты по ремонту рыбопоисковой аппаратуры.
Начальник электрорадионавигационной камеры Михаил Антонович Синицкий вежливо согласился стать проводником.
Знакомимся с бригадой старшего мастера А. Белова. В ней — Ю. Сыромятников, Ю. Синесалу, С. Смирнов. Мы в маленькой комнате, обставленной приборами. Здесь все, без чего не может обойтись ни одно судно: различные штурманские приборы, радиолокационные станции. Столик, на котором установлен верстак, занят. Ю, Сыромятников вытачивает пластину. Делает он это не спеша, но четко и уверенно. Работа спорится. Судам нужны приборы. Разговорились. Оказывается, бригада старшего мастера А. Белова в социалистическом соревновании среди бригад других мастеров заняла первое место.
Покидаем гостеприимный домик и следуем дальше. В кабинете заместителя начальника ЭPHK разговариваем о разном: о специфике работы, о бытовых неурядицах, о нехватке производственных площадей, об экранированной камере, которой до сих пор нет. Вспомнили недобрым словом и начальника ремонтно-строительного управления А. Строкера...
— Очень часто, — говорит Синицкий, — приходится обращаться к строителям за помощью, иногда мелкой, но очень нужной. И всегда — отказ.
А вот и бригада старшего мастера Шерейкина по ремонту навигационных приборов. Бригада справляется со своим делом, особенно хорошо работает инженер И. Рубинштейн.
- Много, очень много у нас хороших людей. Кстати, план за первое полугодие мы выполнили на 111,3 процента. Этого показателя мы добились благодаря им, их энтузиазму, инициативе. В камере по ремонту приборов дальней навигации и радиолокации - тишина.
Очень жаль, - говорит Михаил Антонович, — что нет Ыунмаа Рейна Эвальдовича. Это наш отличный рационализатор.
Цифровой эхолот, который он сделал, сейчас проходит испытания на промысле. Экономичность его в том, что полностью удалены трущиеся механические части, быстро выходящие из строя.
Следуем в бригаду старшего мастера А. Нордмана. Его бригада занимается ремонтом радиолокационных станций, телевизоров, радиоприемников, приборов дальней радионавигации.
Телевизоры, приемники, радиолокационные станции всегда в срок и с гарантией поступают на суда флота. От администрации судов еще ни разу не было претензий.
Возвращаемся в бригаду старшего мастера Шерейкина. Спрашиваю у инженера Рубинштейна о трудностях в работе.
— Ну, какие трудности, — говорит он. - Плохо вот со старой немецкой аппаратурой. К примеру, радиопеленгатор ФГС-34 или же стоваттный радиопередатчик. ЗИПы к ним уже не изготовляются, а по выходу из строя аппаратуры приходится мудрить самим. В основном все делаем сами. Да и производственной площади очень мало. Не хватает технологического оборудования. Требуем, просим — помогает маловато. - заканчивает он.
— А где Алликсаар? — спрашивает Михаил Антонович. — Это наш председатель месткома, ударник коммунистического труда. Работает старшим мастером. За высокие показатели в труде награжден Юбилейной медалью.
Михаил Антонович прощается и спешит в Кадриорг, в камеру. Очень не хочется мне покидать этот маленький дружный коллектив, делающий такое нужное и сложное дело.
..Бороздят морские просторы суда ЭРПО "Океан". Чутко вслушиваются в ночную тишину приборы, щелкает поисковая аппаратура, и в каждый из них вложен талант этих скромных тружеников.

Б. КОРОБЕЙНИК
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


В цехе по ремонту радиопередающих устройств ЭРПО "Окаен. Старший мастер Тоомас Алликсаар.
Фото А. Дудченко.
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПОЗДРАВЛЯЕМ С ПРИСВОЕНИЕМ ЗВАНИЯ - 08 08 1971
КАПИТАН ДАЛЬНЕГО ПЛАВАНИЯ
Базиянца Владимира Ервандовича
Максимюка Леонида Владимировича
Зимовского Владимира Игнатьевича

ШТУРМАН ДАЛЬНЕГО ПЛАВАНИЯ
Вингисара Виктора Александровича
Малюгина Геннадия Матвеевича
Курганского Вячеслава Ильича
Варика Рейна Эдуардовича
Мянника Ханнеса Эвальдовича
Романова Бориса Михайловича
Комарова Владимира Егоровича

ШТУРМАНА МАЛОГО ПЛАВАНИЯ
Грязева Анатолия Николаевича
Власова Юрия Георгиевича
Голобородова Анатолия Денисовича
Недосейкина Александра Егоровича
Качигина Василия Ивановича

СУДОВОГО МЕХАНИКА I РАЗРЯДА и нагрудным знаком "Механик I разряда".
Миленина Олега Алексеевича
Волкова Андреса Александровича

СУДОВОГО МЕХАНИКА II РАЗРЯДА ПО ДВС
Пыллу Майта Мартиновича
Кураева Льва Николаевича
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти матроса Владимира Милевских. РОЖДЕНИЕ МОЛОДОЙ СЕМЬИ – 04 08 1971
ФОТОРАССКАЗ О ВЕРЕ И ВЛАДИМИРЕ МИЛЕВСКИХ
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Владимир и Вера Милевские


В КАЮТУ вошел высокий, широкоплечий крепыш. Вежливо поздоровался с каждым за руку, представился: "Володя, матрос". По его короткой прическе, выглаженному костюму и начищенным до блеска туфлям можно было сразу, судить о его небезразличии к порядку. Это заметили все жильцы каюты и тут же, будто извиняясь, убрали со стола бутылки из под пива, освободили от вещей койку.
- Ничего, пусть лежат, я ночевать не буду, - успокоил Володя. - Вот только чемодан оставлю.
Его светло-голубые глаза и простые черты лица интуитивно подсказали, что он хороший парень и все четверо станут друзьями. Матрос Савченко в знак уважения поставил в рундук его чемодан.
Володя часто употреблял слово "уявляеш". Бородатый матрос, учуяв акцент, с любопытством спросил на родном языке:
- Звидкы?
- С Житомира, - ответил Володя. - А ты?
- Ровенский.
- Значит, земляки?
И они с морской лихостью пожали друг другу руки. Разговорились. Вдруг, чуть изменившись в лице, без особой радости сказал:
- Женюсь я, хлопцы!
- Так щож ти нис повисыв? - в восторге крикнул бородач Петро.
- Но ведь послезавтра в море!
- М-да, вот так события, - с заметным расстройством промычал Савченко.
И только толстощекий матрос Дмитриев понял, что эта атмосфера тяжестью ложится на Владимира, и нужно менять тактику. Взяв гитару, он сделал лирическое выражение лица и тихо ударил по струнам. Гитара ответила высоким, мелодичным звоном. А потом полилась песня, хорошая песня о том, как рыбак уходит в свой опасный путь, а на берегу остается любимая девушка. Тяжесть разлуки, а затем - до слез радостная встреча у причала. Умолкли струны. В каюте на какой-то миг воцарилась тишина.
- Спасибо тебе, тезка, - поблагодарил Володя Володю и дружески хлопнул его по плечу. - Отличная песня.
После веселых морских шуток о молодоженах у Владимира приподнялось настроение:
- Мне пора, ребята. Пойду на вокзал родителей встречать. Ну, а вас всех приглашаю на свадьбу.
На следующий день вечером новые друзья Володи с фотоаппаратом и гитарой ехали по назначенному адресу. Отыскать нужный дом не представляло больших усилий. С третьего этажа большого здания громко звучала музыка, слышался смех.
Ребята, одетые в морскую форму, вошли в самый разгар гуляния. Неумолимая хозяйка тут же "сняла стружку" за опоздание. Кто-то басом прогремел:
- Штрафную!!!
Володя с ярким румянцем на щеках, был в превосходном настроении. На лацкане костюма красовался по украинскому обычаю яркий цветок. Кареокая Вера с полустеснительной улыбкой, какую можно увидеть лишь у невесты, кивала матросам в знак благодарности.
В это время поднялся не молодой, лет пятидесяти, мужчина с серебряными висками. - Диты мои, - начал он с расстановкой, глядя на жениха и невесту.
Рыбаки догадались, что этот седовласый крестьянин - отец Владимира. Он говорил по-украински, но его се хорошо понимали. Отец рассказал о тяжелых временах прошлого, о партизанских свадьбах в годы войны, о том, что они всю жизнь мечтали видеть своих детей вот такими, счастливыми...
Владимир был в семье Милевских первым, и чувствовалось, что сердце старика-отца бьется особенным боем. Как-никак женит старшего сына.
Крепко поцеловав сына и невестку, он поднял чарку водки. Послышался голос: "Горько!" - это сестра невесты Катя подала начало для всеобщего "Горько!". Молодые, смущаясь, встали, легонько поцеловались.
Звонкими вариациями заиграл баяне в руках земляка Петра. Десятки резвых ног косили "цыганочку"...
Мать Владимира попросила сыграть что-нибудь украинское. Переливаясь голосами, умеренно запел баян. Старики Милевские пели вдохновенно, и присутствующие захватывающе ловили лирическую мелодию:

По садочку хожу,
Коныченька вожу.
Через тую неньку
Нежонатый хожу...

На следующий день Владимира Милевского ожидала приятная новость: отход судна откладывался на два дня. Значит, еще два дня быть весте с близким человеком. Они промелькнули незаметно.
Настал день отхода. Волнующими были для молодоженов эти часы. Но вот прощальный поцелуй, а впереди - долгие, словно вечность, сто тридцать пять суток разлуки...
Три протяжных гудка нарушили тишину, и вскоре темнота скрыла БМРТ "Юхан Лийв". Переход. Скоро остались за кормой Борнхольм, Зунд, Каттегат, Скагеррак...
На подходе к району промысла рыбмастер первой бригады рыбообработчиков Василий Ткачев собрал смену для распределения по рабочим местам. Бородатый Петро попал на расфасовку, Саченко стал головорубщиком, Дмитриев - бункерманом, Владимиру же досталась работа тяжелая - выкатка.
Первые дни промысла... Бункер никогда не пустует, скорее наоборот – карманы, нет-нет, да и заполнялись рыбой. Работать восемь часов через восемь еще никому из ребят не приходилось. После смены возвращались в каюту усталыми до невозможности. Даже Владимир, физически сильный, не скрывал усталости и тут же падал на кровать. Восемнадцать пар перебросать за смену - не каждому под силу. Напарник Владимира не выдержал нагрузки, перешел на другое место. На смену пришел высокий и мускулистый детина Петрунин.
Володя долго не мог привыкнуть к такому распорядку дня. Каждый раз в середине ночной смены крепко клонило ко сну, но новые и новые тележки замороженной рыбы не давали отдохнуть. Да еще шторм изматывал.
Наконец, снова долгожданная смена. Отдых. В эти минуты у Володи мысли работали только в одном направлении: как там жена Верка? Написал бы письмо, но нет возможности отправить. Еще не скоро наберется груз. А только тогда можно сдать на транспортник почту. В радиограмме же много не распишешь.
Прошла неделя, вторая. Как будто привыкли руки. Немного отступила усталость. Теперь и кинофильм можно посмотреть. Помполит, как узнал, что у Владимира имеется удостоверение киномеханика, сказал:
- Будешь крутить фильмы!
Прибавилась еще одна нагрузка.
Наконец, получена первая почта. У Владимира - море писем, и все написаны одним почерком. Долго он читал их и перечитывал. Повеселел настолько, что под баян друга Петра плясал "цыганочку" до седьмого пота.
Подошли Октябрьские праздники. На траулере чувствовалось праздничное настроение. В салоне вывешен новый "Комсомольский прожектор". Это работа Владимира и земляка Петра. С этой работой они справлялись безупречно, и каждый раз возле свежего номера скапливалась толпа рыбаков.
После рабочей смены в салоне состоялся вечер, посвященный 53-й годовщине Октября. Первый помощник капитана зачитал приказ. Всем четверым друзьям была объявлена благодарность.
... Сдали первый груз. Время ускорило свой бег. Рыба шла обильнее. Чтобы увеличить заморозку рыбы, тележки выкатывали на 10-20 минут раньше. Домораживалась она в трюмах за счет низких температур. Это ускорило заморозку до 40 тонн в сутки. Незаметно заполнялись трюмы вторично.
Подход транспортника. Почта. Дорогие строки. Они были для Владимира стимулом в работе.
Он с такой энергией при выгрузке передавал короба, что матросы дивились его физическим способностям. А после смены, когда все отдыхали, он еще отыскивал на судне партнера и на верхней палубе упражнялся боксом.
И вот настал февраль. Месяц, которого как на судне, так и на берегу многие ждали с нетерпением. До конца рейса еще 15 суток, а план уже взят. Объединение "Океан" и комсостав судна поздравили экипаж с трудовой победой.

Ирландский шельф щедро награждал тружеников моря своими дарами. Серебристая скумбрия туго набитыми кутками поднималась на палубу. День снятия будет тогда, когда последний короб с трудом войдет в трюм.
Наконец, настал этот долгожданный день - 6 февраля. Траулер снялся с промысла. Курс взят на Таллин.
Всеобщая приборка. Владимиру не понравился порядок в каюте, который наводил земляк Петро. Взяв ведро и тряпку, он заново до блеска выдраил каюту. Еще бы. Придет жена! Порядок и чистота у Владимира - в первую очередь. Не давал они и друзьям своим спуску за некачественную приборку или даже плохо выстиранную майку.
Последний день перехода. Вечером "Юхан Лийв" войдет в родную гавань. В каютах и изумительная чистота. Выглажены брюки, завязаны галстуки.
Вечерний горизонт мерцает мириадами красок и белых огней. Родной Таллин. Еще час - и траулер у причала. Множество встречающих. Владимир всматривается в чужие лица и никак не может отыскать близкого ему человека. Прошел час. Володя не на шутку расстроился. Стемнело. Владимир еще раз взглянул вдоль пирса, и вдруг... Она или нет? Да, это была Вера. И только сейчас он с восторгом понял, почему Вера опоздала. Поцелуй сквозь слезы счастья...
Разбор рейса состоялся на следующий день. Были зачитаны приказы. Владимир и его трое друзей радовались еще одному событию: все они были удостоены почетного звания ударники коммунистического труда
Скоро пролетели 30 дней на берегу. БМРТ-489 "Юхан Лийв" снова готовился в рейс. Вот жаль только, друзья ушли на других судах, один лишь тезка-гитарист неизменно держится "Юхана Лийва".
Снова тягостное расставание Владимира с женой. Неужели так всю жизнь? Да. Такова судьба рыбака. Встречи и разлуки. Но в этот раз расставание было для них дважды, трижды тяжелым. На это была причина.
Прозвучали прощальные гудки, вихрем взметнулась за кормой вода. Только через полгода получит Вера Милевская радиограмму от мужа: "Встречай...".
Радиограммы... Они всегда сообщают нечто необыкновенное. Та же, как эта, которую вручил Милевскому председатель судового комитета БМРТ-489 Шамиль Бабаевич, и тут же протянул руку - поздравляю от все души!
Нет, это не первомайское поздравление. Раскрыв листок радиограммы, Владимир, не веря своим глазам, прочел: "Милый Вовочка, родила двойняшек...". Дальше глаза ничего не видели... Счастье приняло его в свои объятия. Это было величайшее событие в жизни Владимира. Радостный, он влетел на верхнюю палубу. Здесь молодого отца подхватили десятки рук и подбросили в воздух под крики "Ура!".
Дети. Это самая большая радость для родителей. Но в море она во сто раз сильнее.
Владимиру хотелось крикнуть во всю мочь легких:
- О, море, я люблю тебя! Ты подарило мне счастье, огромное счастье. У меня подрастает сын Костя, будущий моряк, и маленькая Леся.
Я скоро вернусь к вам!

П. ВАЩИК.
наш нештатный корреспондент.


""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Двойняшки Костя и Леся
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

Владимир за работой
Фото автора
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти кока Николая Гречко. На камбузе - 04 08 1971
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

ОЧЕВИДНО, есть что-то родственное в профессиях шахтеров и моряков. Не потому ли на нашем рыбопромысловом флоте нередко можно встретить бывших работников горной промышленности.
Николай Гречко пришел на добывающие суда из Донбасса. На службе в военно-морском флоте он приобрел специальность кока. И вот уже девятый год ходит на промысел в должности повара. Стаж, прямо скажем, солидный.
Работу повара оценивают по тому, что он подает на стол. А как приходится готовить, как изворачиваться при недостатке тех или иных продуктов — это уже мало кого интересует. Команде подавай пищу вкусную, высококалорийную.
Четыре раза в сутки принимает пищу команда. На сутки рабочему человеку полагается 3.500 калорий. Труд на промысле во многом отличается от распорядка на суше, требует значительно больше энергии. Поэтому, говорит Николай, на иной день меню я составляю из расчета около 4.200 калорий. Главная загвоздка в качестве продуктов.
Продовольствие, взятое на рейс, с течением времени портится, теряет свои вкусовые и питательные свойства.
Особенно подвержены порче овощи. В последнем рейсе, вспоминает повар, пришлось исключить из рациона половину огурцов - испортились. Между тем, взяты они по настоящей цене. Списывать испорченные продукты не принято. Вот и вкручивайся, как знаешь.
Недавно Николай Гречко вернулся из Северного моря на СРТ-4452. Коллектив судна был доволен его умением и старанием. За годы работы на промысловых судах ему дважды подтверждалось звание ударника коммунистического труда, неоднократно получал он поощрения, ценные подарки.
Достойно несет он свою нелегкую, но почетную вахту на камбузе.

На снимке: Николай Гречко.
Памяти Ровбут Олега МихайловичаПамяти матроса Энно Хундимяги. Навсегда с морем – 25 07 1971
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

ХОЛОДНЫЙ мартовский ветерок слегка трепал волосы, платья, платки провожающих. Траулер медленно выходил из гавани. На па лубе воцарилась тишина, только взмахи рук и лица моряков говори ли о трудных минутах расставания.
Может быть, впервые испытал это чувство и Энн Хундимяги. Он смотрел, на удаляющуюся высокую и стройную фигуру белокурой девушки, и никто не знал, что им владело в эти минуты.
Прозвучали прощальные гудки. Вскоре скрылись за горизонтом силуэты Таллина. Впереди — долгий и нелегкий рейс...
Первое судовое собрание. Оно сразу приобрело резкий характер. При взятии социалистических обязательств по выполнению рейсового задания одни отстаивали 120 процентов выполнения, комсомольцы же выдвигали 130 процентов. Потом оказалось, что экипаж нашего 300-сильного траулера будет соревноваться с 400-сильным СРТ-4557. Многие недоумевали: дескать, он сильнее и нам за ним не угнаться. Выступил капитан Григорий Дмитриевич Фисан. Показав соотношение планов, он убедил команду, что фактически есть возможность выйти победителем. Итак, решили вызвать на соцсоревнование СРТ-4557 и выполнить рейсовое задание на 130 процентов. Комсомольцы своего добились.
Промысел. Как обычно в весенний период он часто сопровождается штормами. Постановка трала. Вода захлестывает шкафут. Тяжело приходится работающему на кормовой доске. Но матрос Хундимяги справляется с ней, ловко уходит от волны. Выборка. Лица хмурые: порван трал.
Начали чинить. Но оказалось, что в нашей смене никто, кроме Энна, не умеет владеть иглицей.
Смотрю, как он лихо выделывает зигзаги иглицей. Мне начинает все больше кривиться этот молодцеватый, с юношеским лицом, детина. Пытаюсь, познакомиться с ним поближе. Оказывается, у него за плечами уже семилетний морской стаж. Окончил ГПТУ. Штурман малого плавания. До службы работал он на БМРТ "Ау густ Алле». После службы — снова на флот. И снова матросом.
НЕ ОБИДЕЛА Энна судьба физической силой. И кого, как не его, посылать в трюм, составлять бочки с соленой рыбой, поднять соль, тару. И при выгрузке - он в центре внимания.
Нет-нет, да и пойдет рыба. Чтобы в теплое время она не залеживалась на палубе, нужно ее быстрее обработать. Часто рыба при шкерке скапливается на операции потрошения. Но у нас этого не случалось. На этом месте работал Энн. Он так быстро орудовал руками, что никогда не образовывалось «завала". Темп был исключительно высоким.
Энн как то легко переносит трудности. Во время шторма иногда волна заливает рыбодел. При бортовой качке рыба гуляет по столу, смешивается с отходами шкерки. В лицо хлещет вода. Работать тяжело. В такие моменты матросы начинают роптать. А Энн в это время начинает шутить. Шутки снимают напряженность, придают бодрость, что так необходимо моряку.
После напряженного рабочего дня, как обычно, команда просматривает новые фильмы. Энн почему-то смотрит их редко. Его любимое занятие — книги. Он судовой библиотекарь. Под его подушкой бывает не только художественная литература, но и такие книги, как математика, судовождение, русская грамматика... Энн решил поступать в мореходное училище на штурманское отделение.
- Неужто, всю жизнь в морях будешь? — удивляются некоторые.
— А разве это плохо? — восклицает Энн.
У каждого рыбака море в своем понятии. Одни идут из-за романтики. Другие — заработать. Третьи — просто работать. Энн относится к последним.
— Отними у меня море — я буду как калека. — говорит он. — Мы с ним связаны крепким узлом.
Работа. Отдых. Сон. У Энна сон наверняка среди матросов самый короткий. Лампочка у его кровати гаснет всегда поздней ночью. Покончив с книгами, он переходит к письмам. Энн их пишет чисто, зато и получает больше всех. Ему завидуют моряки. Письмо в море от хорошей девушки — это лучшее лечение для взгрустнувшей души.
НО ВОТ и снятие с промысла. Подвели итоги. Рейсовое задание выполнено на 135 процентов. Траулер вышел победителем в соревновании с СРТ-4557. Лучшим объявлена благодарность капитана судна. Среди них и матрос первого класса Энн Хундимяги.
...Ясный солнечный день. СРТ-4511 уставший, с покрасневшими от ржавчины бортами, заходит в гавань. На причале множество людей. В каждом лице радостное волнение. Волнуются моряки. Волнуется и Энн. И вдруг на его лице появилась улыбка. Кто-то помахал ему цветами.
Какие минуты! Это надо заслужить.
А через месяц, белокурая девушка снова будет прощаться с Энном на причале, провожая в новый рейс.

П. ВАЩИК.
пом. рыбмастера СРТ-4511.
Фото автора.