ЭБ-0355 БМРТ Антон Тамсааре

ЭБ-0355 БМРТ  Антон   Тамсааре 

Рейтинг: 0

Просмотров: 1560

21 ноября 2013

Рыбак Эстонии

Открыть оригинал

Вернуться к альбому
Вернуться к списку альбомов
Код для вставки на форумы:
Комментарии (4)
Рыбак Эстонии # 22 ноября 2013 в 12:43 0
ЭБ-0355 1962 АНТОН ТАМСААРЕ -1986 спис USZA Талин Эстрыбпром М-27539 14.07.63г.в 7-53 столкнулся с РТМ "Цефей",.

В 1962 году
Капитан Георгий Сергеевич Белогородцев
1-й помощник Аршинов Борис Николаевич
Старпом Виктор Еськов
Стармех Павел Захаров
Рефмеханик Виталий Самунин

1963 год
капитан Георгий Сергеевич Белогородцев

Ф. Тамм в декабре 1963 года назначен старшим помощником капитана на БМРТ 355 "Антон Таммсааре"

В октябре 1962 года механик Анатолий Акулов принимал на Николаевской судоверфи
Ф.Тамм в декабре 1963 года назначен старшим помощником капитана

В декабре 1965 года капитаны - Сергеев, Белогорцев

Рейн Альт выплавал на нем штурманский диплом и был четвертым помощником. Капитаном был Г.С.Белогорцев в то время
В 1969 капитаны Ванчиков, Еськов, Подъячев и Зозуля

В 1971 капитаны Кожурин и Писарев
Рыбак Эстонии # 1 декабря 2013 в 18:51 0
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.

А́нтон Ха́нсен Та́ммсааре (эст. Anton Hansen Tammsaare, 30 января 1878, волость Альбу, Эстляндия, Российская империя — 1 марта 1940, Таллин, Эстония) — эстонский писатель, представитель критического реализма
Рыбак Эстонии # 1 декабря 2013 в 18:56 0
8 марта в проливе Каттегат

Начинать писать рассказ о давно прошедших событиях - это занятие не совсем благодарное, но видно так и сохранялись для нас воспоминания просвещенных людей или людей любознательных. Во всяком случае, не было бы их и мы не знали бы многого из тех прошедших времен, о которых можем прочитать из воспоминаний людей ушедших давно в небытие, но оставивших нам так много интересного и познавательного! Написал такую многообещающую преамбулу, а события, о которых хочу рассказать, были вообще-то не совсем обычными, даже можно сказать, трагикомичными. К счастью для всех нас, рыбаков с БМРТ "Антон Таммсааре", они закончились без жертв.

Закончился для нас промысел у берегов Северной Африки две недели назад. Это был первый рейс для траулера, который мы получили на Николаевской судоверфи в сентябре 1962 года и, отработав 6 месяцев, мы возвращались домой, в порт Таллинн. Траулер работал у берегов Юго-Западной Африки, потом перешёл в район экватора, а после поднялись севернее, в районы Мавритании, где ловили рыбу под названием сардинопс. Мелкая нежирная рыбка, которая "нахально" лезла в трал и мы без всяких усилий вытаскивали до 30-35 тонн за одно траление. После голодного пайка на траление у берегов Намибии и экватора, все были довольны таким поворотом, что рыбное счастье повернулось к нам лицом. Мы должны были выполнить план по добыче рыбы, и от выполнения этого плана зависела наша зарплата. Проработали в этом районе почти целый месяц, наморозили рыбы и заполнили носовой и кормовой трюмы, где хранили мороженую рыбу. В трюмах держали минусовую температуру до -25 градусов Цельсия. После того, как забили трюма, не имели никакой возможности выгрузить свою готовую мороженую продукцию на плавбазу, да и время нахождения в рейсе подходило к концу. Капитан принял решение заканчивать промысел и возвращаться домой в Таллинн.
Самое прекрасное время на судне, когда уже все знают, что заканчивается рейс. Перебирают свои вещи, что-то выбрасывают, что-то подшивают, ремонтируют, готовятся к очередному заходу в иностранный порт, где должны получить иностранную валюту. Об "отоваривании" и посещении иностранных портов - это особый разговор, расскажу в другом рассказе, а сейчас мы идём полным ходом на Север. Зима выдалась на редкость суровой и снежной, с сильными морозами, которые сковали лед в проливах Скагеррак и Каттегат. Проливы замерзли и только ледоколы проводили караваны кораблей, которые собирались в караван по шесть-семь единиц и покорно шли в фарватере впереди идущего и ломающего лед ледокола. После жаркой Африки приход в холодные северные широты очень сильно ощущался, хотя по привычке, многие еще продолжали ходить в коротких шортах, но северный ветер уже напоминал о том, что пора менять тропические шорты на зимнюю теплую одежду. Наш траулер шёл средним ходом по разбитой ледяной шуге, лежал сильный туман, сквозь белое молоко тумана глухо слышны были гудки кораблей, которые давали все идущие суда с определенным интервалом. Мы тоже давали гудки, которые звучали среди льдов как-то печально и грустно. Изредка попадались крупные льдины, которые старательно обходили наши штурмана. Лежишь на койке в каюте и слышно, как лед скребется по стальной обшивке корабля, даже жутко становится, что такая относительно тонкая перегородка отделяет тебя от морской холодной ледяной воды, а ты недосягаем для нее... Вот эта уверенность в недосягаемости и была развеяна в один миг в это утро - 8 марта 1963 года, в Женский день. На траулере работало 6 женщин, обычно они составляли обслуживающий персонал. В это утро все они были освобождены от работ и законно наслаждались предоставленным им отдыхом.
""
Изображение уменьшено. Щелкните, чтобы увидеть оригинал.


ПРОЛИВЫ КАТТЕГАТ И ПАЛУБЕ
Утром, сменившись с вахты (я работал котельным машинистом), мы пили утренний чай в салоне рядового состава. Вели привычные разговоры о том, что скоро войдем в родную Балтику и как только пройдем проливы Скагеррак и Каттегат мы почти дома. Вдруг в салон вбегает третий механик Нетрепайло Николай Иванович (фамилия полностью не соответствовала этому разговорчивому механику). Кстати, наш Херсонский выпускник 1960 года, и голосом, радостным и непривычно громким, прокричал: -Братцы, держитесь, нас сейчас шарахнет в правый борт! Мы недоумённо переглянулись! Ну, что можно взять с человека, когда пошёл 7-й месяц рейса, как вдруг раздался сильнейший грохот и удар в правый борт траулера! С кружками и приборами все очутились на левой переборке салона даже не успев испугаться, и все это сопровождалось гомерическим хохотом третьего механика, который сопровождал наши крики своими матерными шутками! Мы были в шоке, ярости, было больно от ушибов, но не могли даже сдвинуться с места и бессильно ожидали развития дальнейших событий... Траулер очень сильно накренился. Все замерли, в страхе ожидая конца кренования, но в какой-то один момент крен остановился на предельной точке, и наступила тишина! В этой жуткой тишине даже истерично хохотавший Нетрепайло на мгновение замолчал, а потом коротко и чётко отрезюмировал: "А я Вам что говорил!". Стали сползать с перегородки, но идти было невозможно, хотя через некоторое время, крен стал медленно уменьшаться, и судно встало на ровный киль, в свое прежнее ходовое положение.... Изрядно испуганные, мы окружили третьего механика, который весело рассказывал: -Выглядываю я в иллюминатор с правого борта и вдруг вижу, что из тумана выплывает огромная носовая часть неизвестного судна и держит направление прямо на нас! Я не поверил своим глазам - на нас прёт такая громадина! Я выскакиваю из каюты и бегу в салон, чтобы всех предупредить, а Вы не поверили! Я же Вам говорил! Я Вам говорил! - как заведенный причитал третий механик. Вот только почему он не побежал сразу на мостик - это осталось неизвестно, хотя на верхний мостик от его каюты вёл всего лишь один короткий трап! Выскочили все на палубу и увидели, что с правого борта в корпус нашего судна вонзился огромный торговый сухогруз "Baltic sun" и его нос ударил в нашу правую носовую мачту, разворотил правую носовую обшивку первого грузового трюма (в котором был груз мороженной рыбопродукции), прачечную и носовой туалет. Удар был "удачен", если можно так сказать, потому что если бы он ударил чуть левее, то попал прямо в жилые помещения и многие из экипажа не проснулись бы вообще. А третий механик едва-ли успел бы выскочить из каюты с этой "радостной" вестью. Страха не было, но все были как-то подавлены, в шоке. Один из котельных машинистов перед этим столкновением находился в носовом туалете (который теперь был разворочен) и стоял весь белый, представляя, что с ним было бы, задержись он там дольше на пару минут! Но больше всех не повезло, конечно, прачке! В носовой части БМРТ оборудована прачечная со стиральной машиной и паровой гладильной. По судовому штату в рейс брали прачку, которая стирала бельё всем членам экипажа, а также убирала несколько кают командного состава. Вот этот удар и разворотил нашу прачечную и вывернул на лёд все простиранные вещи. На льду плавали различные предметы женского туалета. Прачка готовилась к празднику и устроила себе генеральную "постирушку". И это её счастье, что был день 8 марта! Она не вышла на работу и безмятежно отдыхала в своей каюте - иначе она плавала бы в ледяной каше вместе с этими вещами или была бы размазана по переборке! Самая смешная картинка наступила, когда несколько женщин появились на шлюпочной палубе нагруженные сумками с колониальными товарами, прикупленными на свои кровные денежки в порту Гибралтар. Этот порт в те годы был основным местом захода для отдыха и закупки моряками ковров, платков, различных материалов для продажи в Таллинне. Мы перед возвращением домой заходили в Гибралтар, где отоварили свои смешные валютные денежки. Кто купил ковёр, кто дюжину платков, а женщины закупили материал гипюр. Наши женщины подумали, что надо спасаться, но без самого ценного для женщин (иностранных тряпок), они не мыслили для себя никакого спасения! Стоило ли трудиться столько месяцев и в одночасье потерять всё... Все мы ждали, что будет дальше. Иностранец лениво отработал назад, вырвал свой почти не исковерканный нос из железно-рыбного месива нашего судна, издал громкий гудок и растаял в тумане! За это время на его палубе и из ближайших корабельных помещений не показался ни один человек. Только скорбно звучали вокруг гудки рядом проходящих судов, и наш траулер лежал посреди этого белого безмолвия как подраненная большая морская птица! Со счастливым Женским днем 8 марта дорогие наши женщины: матери, сестры, жены и дочери! Дальше начались наши героические будни в замёрзшем море. После ухода сухогруза к нам подошел ледокол и на борт поднялись ремонтники, которые приварили на место рваной пробоины стальные листы. Затем, по команде капитана, скреновали судно на левый борт, чтобы льдины не заплывали в грузовой трюм с рыбой. Вся рыба в трюме из-за попадания забортной воды смерзлась в один кусок льда. Главный двигатель и вспомогательные двигатели работали в аварийном режиме, и мы шли за ледоколом малым ходом.


ЛЕДОКОЛЫ ПРОКЛАДЫВАЮТ ПУТЬ ВО ЛЬДАХ
Так как вспомогательные котлы тоже не могли работать, то отопление не работало и все кутались в одеяла и любые теплые вещи. Питались сухим пайком и консервами, но не унывали, так как грела мысль, что скоро будем дома! Так и шли трое суток, пока не показались шпили Таллиннских ратуш и церквей. Наконец-то мы дома, а в порту из-за сильных морозов замерзла вся акватория порта. Нам выделили портовый буксир, как аварийному судну, и вскоре траулер коснулся левым бортом берегового причала. На заснеженном причале бурлила толпа встречающих родных и близких! Во время последующей стоянки в порту рыбу в первом грузовом трюме грузчики вырубали отбойными молотками, как в шахте.

Котельный машинист Акулов Анатолий.
Рыбак Эстонии # 1 декабря 2013 в 18:59 0
Лобиту – поход за мазутом.



Акулов Анатолий
14.12.2010
Январь 1963 года.

Юго-Западная Атлантика, прибрежная территория государства Намибия, очень богатая морская фауна в прибрежном шельфе, и здесь промышляет наш рыболовный флот – БМРТ, РТМ типа Тропик, производственные рефрижераторы и плавбазы, которые вылавливают здесь все подряд, все что в море плавает и ползает.
За промысловыми судами тучами летают бакланы, которые подбирают все, что смывается с промысловых палуб рыболовных судов за борт, парят мукомольные установки, которые перемалывают рыбопродукцию на муку и давят рыбий жир. Рыбу вылавливают в таких количествах, что не могут все это переработать, и часто излишки рыбы просто смывают за борт. Конечно, не все капитаны так поступали, но большинство не задумывались об этом, выполняя рейсовый план любой ценой!

Наш БМРТ «Антон Таммсааре» выглядит красавцем среди облезлых, обшарпанных рыболовных траулеров, так как для нас это первый рейс после постройки судна на судоверфи Николаева и второй БМРТ среди больших траулеров, которые стала закупать Эстонская рыбопромысловая база.

Изредка проходят с тралами испанские и японские траулеры, но они выглядят как игрушечные по сравнению с советскими рыболовными монстрами.

Капитан нашего траулера – Белогорцев Георгий Сергеевич, 30-ти лет, молодой, очень грамотный, удачливый, команда его уважала, он подобрал прекрасных траловых мастеров и наш траулер всегда был с рыбой. Но случилась незадача – на судне закончился мазут, остался аварийный запас, где-то около 5 тонн. К сведению, на траулере есть 2 котла, которые производят пар для подогрева необходимых емкостей вспомогательных механизмов, отопления, камбуза и мукомольных агрегатов. Так вот с мазутом видно не рассчитали своих потребностей или не пришел танкер – но мы оказались вот в таком состоянии и не могли дальше полноценно работать, план был спущен на количество добытой рыбы, замороженной и переработанной на муку — а если в течении нескольких дней не выполнишь планируемых цифр по добыче, то нагнать потом будет очень сложно.

Вот и решил наш капитан пойти в ангольский порт Лобиту за мазутом. Странное и неожиданное для того времени решение, так как у СССР не было дипломатических отношений с Португалией, там правил «кровавый режим Салазара», а Ангола была тогда колонией Португалии. Но капитан принимает это рискованное решение, и мы направляемся в ангольский порт Лобиту. С кем он согласовывал это решение мы не знали, да и не интересно нам тогда это было, но по прошествии времени, видимо это просто так ему не сошло, (так как его некоторое время продержали в береговом резерве), а потом, при возвращении в порт Таллинн, после окончания промысла, произошло столкновение с иностранным судном, но об этом я расскажу в другом рассказе.

Итак, перед заходом в порт взяли лоцмана и вот она – бухта порта Лобиту, огромная акватория, расположенная дугой, на берегу красивейшие тропические коттеджи, буйная растительность, пальмы, цветы и мы вдыхаем воздух этой бухты…. Он напоен каким-то особым тропическим ароматом, пьянит и вызывает незнакомые нам чувства неведомого, необычного…. На причале, куда мы стали швартоваться, собралось много народа, в основном белые, мужчины и женщины и небольшие группки черных, портовых матросов. И вдруг мы услышали, что среди встречавших на берегу людей, раздаются возгласы на русском языке: «Привет России, привет русским морякам, добро пожаловать!». У многих из них в руках были цветы, корзинки с фруктами, какими-то бутылками, сигаретами.

Мы были очень удивлены этим обстоятельством и уже начались переговоры через борт – кто такие, как сюда попали и т. д. Среди нас по палубе ходил злой и взъерошенный 1-й помощник («комиссар») и шипел, чтобы мы прекратили разговаривать, но его никто не слушал, и общение продолжалось. Узнали, что это были и бывшие белогвардейцы и искатели приключений, уехавшие из России, и все каким-то образом попали в Португалию, потом переехали сюда, обзавелись семьями. Дело в том, что они узнали, что в порт приходит русское судно, а сюда уже более 100 лет или больше, никогда не заходил русский корабль, к тому же еще советский.

Это для них была большая и радостная новость, которая облетела всех русских, живущих здесь, и собрала их здесь вместе, на этом причале. Для нас, молодых, живших тогда в атмосфере изоляции и полнейшего отсутствия информации, все эти новости были очень странными, но и очень интересными.

Спустили трап и по нему на борт поднялись таможенные власти, пограничники, еще какие-то чины в мундирах, и их было так много, человек 50 или больше, что для такого судна, как БМРТ было довольно много, но нас это мало волновало – у нас были свои интересы по общению с берегом. На борт уже полетели пачки сигарет и на причале начали теснить встречающих местные полицейские, крики русские смешались с португальскими, вообщем, поднялся на берегу шум и гвалт.

Все официальные и военные лица заполнили рулевую рубку, каюту капитана и часть находилась на шлюпочной палубе. Лица у многих были нормальные, даже доброжелательные, но несколько удивленные, что видят так близко этих советских моряков, мы были тоже примерно в таком же состоянии.

Через некоторое время узнаем, что дана команда готовить к запуску Главный двигатель.

Потом на бак и корму прошли боцман и тралмастера с матросами – раздалась команда: «Руби швартовы» и моряки топорами стали обрубать швартовные концы! Что-тут началось! Весь официоз рванул на трап и сломя голову посыпались с трапа на причал, а уже запустили Главный двигатель и траулер стал потихоньку отходить от причала.

Последний официальный чин спрыгнул на берег, дали полный ход, над трубой повалили клубы черного дыма, и корабль тихо стал отваливать от стенки причала.

С причала неслись крики «Русские, мы Вас любим, мы Вас всегда будем помнить, будьте счастливы, успешного Вам рейса». Мы все это слушали со слезами на глазах, тоже что-то кричали в ответ и дружно махали руками на прощанье своим соотечественникам, которые казались нам теперь такими родными и близкими. Прощай, Лобиту, прощайте русские люди. Пусть и у Вас всегда будет счастье и удача!

Берега бухты уменьшались в размере, теплый ароматный воздух сменился на свежий, морской, соленый воздух!

Будем искать мазут у других бортов!

P. S. Мы все обсуждали тему о посещении Лобиту. Так как многие из нас были даже не младшими командирами, всех подробностей мы не могли знать, но по отдельным отрывкам разговоров бытовало мнение, что капитан испугался ареста судна и воспользовался нерасторопностью властей, возникшей суматохой, обрубил концы и увел корабль из порта. Мы «перетерли» эти слухи и по-своему одобрили решение нашего рискового капитана.