НЕ МОЯ РОССИЯ. продолжение 4

Автор
Опубликовано: 3481 день назад (9 декабря 2014)
Редактировалось: 3 раза — последний 9 декабря 2014
0
Голосов: 0
По выражению министра иностранных дел князя Горчакова в таких случаях России «Надобно сосредоточиться»! Или говоря попросту Москалей надобно хорошенько достать и раскочегарить. Мудрые полководцы и правители тонко это чувствовали, и не бросались сломя голову на сильного врага, а терпели и копили силы, чтобы бить наверняка. Александр Ярославич насмотрелся не только на пепелища на месте бывших городов, но видел и нечто наиболее страшное: опустошенные глаза соотечественников, напуганных, поникших, потерявших веру в будущее. В таком состоянии у Руси, находившейся между двух огней: Тевтонским Орденом и Ордою оставался только один верный путь: поддерживать мир с Ордою, набираться сил и мужества, не допускать усобицы князей, укрепляя для этого единодержавную власть Владимирского князя. И князь до конца держался такого кредо, понимая, что совокупными усилиями и всем миром может и возможно отколоться от Орды, но тогда обескровленная Русь легко будет колонизирована католической Европой, определившей православие как ересь, расправляться с которой надо лишь огнём и мечом. Ведь не спасало Польшу принятие католичества от меча таких же католиков немцев. Для Александра Невского союз, навязанный России силой, и ценой отказа от православия был неприемлем. Он знал, что православные умирали за свою веру не потому, что были глухи к проповеди католиками Евангельских истин, а потому что слово Христово несли к ним не проповедники, а закованные в сталь разбойники. Католичество, как и для язычника, так и для православного оказалось символом рёва боевых рогов, топота тяжёлых рыцарских коней, столбов дыма над их жилищами.
Татары же, обложив Русь десятиной, не вмешивались ни в веру, ни в народный быт, оставив за князьями право «жить по старине». Мудрый и осторожный князь был уверен, что избавиться от Орды Русь сможет, только набравшись сил. Необходимо терпение, мудрость и непротивление наименьшему злу. Это Александр твердил при «встрече без галстуков» князю Галицкому Даниилу Романовичу, и в этом старался убедить своего брата Андрея на их долгом пути в столицу Монголии Каракорум.
Перед дальней дорогой в Монголию Батый встретил и проводил братьев с восточною ласкою. Развлекал охотою и беседами, но насчет других культурных мероприятий история умалчивает.. Отношения с Великой Монгольской ханшей у самого Батыя были уже сильно натянуты, и, не желая осложнений, он не задерживал братьев перед нелёгким туром Сарай - Каракорум.
Ханша Русью распорядилась по своему, по-женски и с азиатской хитростью. Чтобы насолить Батыю и посеять разлад между братьями, ярлык на великокняжеский Владимирский стол она вручила младшему из братьев, обойдя этим права Александра. В руках Александра оказалась лишь призрачная власть над всей Русью от Новгорода до Киева, по которой Андрей будто и подчинён Александру. Но Новгород пребывал в феодальной зависимости от стольного Владимира, а поэтому получалось, что Александр – вассал Андрея. Прекрасно понимая причину, Александр не затаил обиды на брата, а довольствовался довольно призрачной властью великого князя Киевского и князя-наместника Новгородского. Дел княжеских было громадьё, и Александр, не задерживаясь, проследовал в Новгород, хорошо зная непостоянный нрав его жителей.
Даниил Галицкий не мог упустить такого видного и перспективного жениха и без промедлений организовал сватовство Андрея к своей дочери. Династический брак князя Андрея на дочери Даниила оказался роковым для князя и стольного Владимира. Сблизившись, тесть и зять вошли в сговор и стали готовиться к действиям, привлекая на свою сторону молодых и горячих удельных князей. Существуют предположения, что в этот широкий заговор были втянуты даже грузинские князья Давид Большой и Давид Малый.
Так, под влиянием Даниила Галицкого, оба молодых князя Андрей и Ярослав заделались убеждёнными западниками и оказались в глухой оппозиции к старшему брату. Братья вели тайную переписку с королевскими дворами Швеции и Норвегии, а через руки Даниила и с Римом. Слухи об этом дошли до Новгорода и Андрей вынужден был признаться Александру, что принимает союз со шведами, немцами и поляками, а совместно с Даниилом Галицким готовит восстание. Заговор был плохо конспирирован. О нём знали слишком многие от Карпат и до Кавказского хребта. Безусловно, за развитием событий внимательно следили и в столице Золотой Орды Сарае и в Риме. Папа Римский прислал к Александру своих послов с буллой, прельщающей князя к союзу с Римской церковью. В булле он неприкрыто просил Александра об «особой услуге»- стать осведомителем Рима и через Тевтонский орден сообщать в Рим о намерениях татар.
- Дабы мы могли безотлагательно поразмыслить, как сим татарам сопротивление оказать.
- Ну да,- лишь усмехнулся князь:- пока будут извещены рыцари, пока папа поразмыслит…от русских городов одни головешки останутся, а потом придут рыцари и голыми руками приберут Русь.
- От вас учение не приемлем – отверг Александр союз с папством и с дорогими подарками отправил послов восвояси.
Мудрый и дальновидный шаг совершает ставленник Даниила Галицкого митрополит Кирилл. Он оставляет митрополитскую кафедру в Киеве и перебирается поближе к Александру Невскому во Владимир. Здесь в Кирилле Александр обрёл надежного друга, единомышленника и стойкого союзника. Оба они были убеждёнными приверженцами Православия. В общении с Господом Богом им не требовался посредник, каким считал себя «наместник Бога на Земле» папа Римский. Кирилл стойко держал связь с Никейской Православной Патриархией, готовящейся к войне с латинянами, захватившими у Византии Константинополь. Сама столица православия - Никея тоже искала союза с Каракорумом и Ордой. Поэтому Церковь с её моральной силой проповеди и грозой отлучения была на стороне Александра при столкновениях его с боярами Новгорода и Пскова и с мятежными, про западнически настроенными князьями.
Нет, этому документального подтверждения. Да и не могло быть никакого письменного свидетельства, если и велись переговоры между Александром и Даниилом, то они не протоколировались, а происходили за закрытыми дверями, потому как из каждой щели княжеских хором, как сверчок выглядывал ханский наушник. Не смею утверждать, а только предполагаю, что Даниил Галицкий не мог не присутствовать на столь важной для него свадьбе любимой дочери с великим князем Владимирским Андреем. Возможно тогда между Даниилом, князьями-заговорщиками и Александром вёлся обмен мнениями «за и против». В пылу спора у Александра могли вырваться страшные слова:- Братья, призвав врагов наших немцев и шведов, вы предаёте и губите Русь! Я буду бороться против этого всеми силами.
Александру Невскому предстояло трудное решение – с родными братьями ему оказалось не по пути, но как остановить их минуя кровь и душегубство? Как трезвому политику и глубоко религиозному человеку Александру, происходящее стоило душевных мук. Князь серьёзно заболел. «Бысть болезнь тяжка князю Олександру», - отмечает летописец, но - «Бог помиловал его» и молодой 31 летний организм князя выдюжил.
Две версии высказаны в истории. По первой Александра Невского в Орду вызвали. Батый, внимательно отслеживая обстановку во Владимире, и вызвав в Орду Александра этим спас своего ценного союзника перед посылкой карательной рати на Русь.
По второй версии Невский поехал в Орду сам. Батый только что добился полной независимости от Каракорума. Ехал он не к хану, а к «царю Руси», так величали Батыя в своих челобитных русские князья. Ехал просить защиты границ русских от иностранной интервенции и в надежде закончить братскую смуту малой кровью. Высказаны предположения, будто бы он жаловался на князя Андрея, что тот отнял у него великокняжеский стол и выпросил татарскую рать чтобы согнать Андрея. Трудно здесь что-либо сказать, такие повадки у русских князей проявлялись издавна, частенько они наводили друг на друга половцев, поляков, венгров, печенегов, а теперь «защитников правды княжеской» татар.
Но не в характере князя Александра был авантюризм, эгоизм, горячность и непродуманные решения. Сомнительно, чтобы мудрый и осторожный политик, дорожащий своим именем, сам навёл Орду на Русь, чтобы получить в народе прозвище «пособника сыроядцев». Князь отлично понимал, что призвав ордынцев, вызовет к себе ненависть всех сословий. Логика его образа действий и всей жизни подсказывает, что ехал он в Орду не жаловаться, а с намерением предотвратить нашествие. Его приезд изменить ничего не мог, так в Орде всё было решено. Сомнительно, чтобы Сарай не следил за развитием событий в своём главном улусе.
Конечно, и Андрей знал, куда едет брат. С Новгорода в Степь незамеченным на перекладных мимо Владимира не проскочить, а прямых авио рейсов тогда не бывало. Да и вряд ли Александр скрывал свои намерения, хотя Буровский и пытается обвинить его в предательстве и доносительстве. Источники сообщают: «И отпусти Батый Олександра с честью великой, давши ему старейшинство во всей братии его». Не успел Александр возвратиться, как Орда бросила на Русь две рати: одну на Андрея, а другую на его тестя Даниила. «Лучше бежать, чем служить монгольским властителям», говорил Андрей, скрываясь с боярами и дружиной из Владимира. Рать Неврюя настигла беглецов под Переславлем у реки Клязмы. В сече под кривыми саблями полегла вся Владимиро-Суздальская и Тверская дружины. Не пришли им на помощь ни немцы, ни Даниил Галицкий, а сами зачинщики бежали с поля боя, бросив свои дружины. Андрей укрылся у Шведов, а Ярослав прятался по городам северо-западной Руси. Жестокость карателей на земле Переславля превзошла все ужасы нашествия Батыя. Жаль храбрых воинов, зря сложивших головушки. Ещё больше жаль мирных жителей, угнанных в полон. Каково быть отроком, а ещё страшней девой с арканом из конского волоса на шее в толпе пленных на долгом пути к невольничьему рынку. Вместе с трофейной скотиной их гнали через безводную степь. Позади остались только дым пожарища, да мёртвые, которых некому похоронить.
Как и предупреждал заговорщиков Александр, бесцельным кровопролитием и разорением Русской земли закончилась политика открытого сопротивления. А. Невскому удалось отстоять от полного разорения Владимир и ещё ряд русских городов, но «в благодарность», получил от западников прозвище «защитника сыроядцев».
Не в силах одному Даниилу Галицкому тягаться с опытным ханским полководцем Бурундаем. Ни католические союзники, ни папа ему не помогли. По требованию Бурундая на Руси Галицкой были разрушены все каменные оборонительные сооружения городов, а дружину Даниила мурза Бурундай забрал в разорительный поход на дружественную Польшу. Так Галицко-Волынская Русь была включена в орбиту Ордынской власти и рухнули надежды Даниила Романовича на Европу, которая «нам поможет».
Изложение событий той эпохи я позаимствовал у именитых историографов ХIХ века и пополнил их выдержками из работ докторов исторических наук: Грекова, Пашуто, Гумилёва и Рыбакова.
А вот события старины, в изложении профессора Буровского. «КАИН И АВЕЛЬ»- так назвал он главу из книги «Несбывшаяся Россия». Приведу отрывки из главы в сокращенном изложении.
«Братья Андрей и Александр Ярославичи были очень разными людьми и очень по-разному относились к монголам. Андрей был блестящим, ярким человеком, намного интереснее своего брата. За него великий князь Галицкий Даниил и отдал свою дочь Аглаю.» - Профессор заплутал в двух соснах. В летописях имя этой княжны Доброслава, но не Аглая. Аглая - старшая дочь князя Даниила уже давно была замужем за князем Черниговским Михаилом, и еще при жизни отца причислена за подвижничество к лику святых под именем Ефросиньи Суздальской.
Увлекшись фантазиями, окончательно завирается профессор:- Александр Ярославич, будущий Невский был лишён ума и образованности брата, но он был сообразительней, поняв, как полезны, могут быть монголы. Братья едут в Орду за ярлыками. Из братьев монголы выбирают Андрея. Потому, что он старший? Возможно…Александр раздражал их назойливостью, вызывал опасение своей излишней агрессивностью, бьющей ключом энергией» - сочиняет историю профессор.
- Здесь личностные характеристики князей высосаны из профессорского пальца. Они не подтверждены документально и мне больше чем измышлениям профессора, верится словам летописца, знавшего князя гораздо ближе: «Александр получил превосходное по тому времени образование». И был он «не будущий», а десяток лет тому назад был наречен «Невским». И был Александр на год старше брата Андрея. Это знает и автор, но знание не в профессорских интересах и он совершает исторический подлог, утверждая, что великое княжение досталось Андрею по старшинству в роде.
«Андрей Ярославич начал делать то же, что и умерший под пытками отец: пытается поднять князей против монголов. Князья оказались сообразительными, подниматься против монголов боялись, но они хотя бы не донесли на Андрея! Не сдали его Батыге Джучиевичу, как это сделали христолюбивые священнослужители с его отцом Ярославом»- не унимается профессор.
– А вот и откровенная ложь на Православную Церковь. Епархии ещё и на дух не было в Сарае, она появится гораздо позже - в 1261 году,- вынуждено поправляет профессора читатель.
«Андрея предал его брат Александр. Он едет в Орду и как собутыльник всех решительно ханов, Александр становится названным сыном Батыги Джучевичу. И по династическим законам того времени он должен носить имя своего названного отца Батыги: Александр Батыгович Невский. То, что Александра до сих пор называют «Ярославичем», не более чем часть густого мифологического тумана, который опутывает эту, мягко выражаясь, очень сложную фигуру. От родного отца он отрёкся по всем правилам шаманизма, отказался признавать своим папой человека, посягнувшего на величие монгольских ханов. Он поступил как пионер Павлик Морозов, сдавший отца и деда в ЧК. Он назвал отцом человека, против владычества которого готовил восстание Ярослав и который убил его биологического отца страшной смертью. Александр жалуется своему новому папе на Андрея – мол, тот обманом захватил великое княжение, а теперь утаивает часть дани, обманывает милого папу Батыгу Джучиевича!»
- Ну и ну! Яд и слюни брызжет на князя профессор в своём желании выдать белое за чёрное. И это чтиво сейчас заглатывает новое поколение, смёв, как тайфуном с книжных прилавков такую вот «историческую» литературу. Поэтому не стоило бы радоваться устроителям телешоу пробуждению у читателя интереса к чтению. Но они ведь хотели, как лучше…
Попробуем разобраться, что заставило ученого, переступив через законы профессиональной этики, рискуя своим именём, пойти на изготовление исторического пасквиля. Неужели это только «мани-мани», соблазнившие его «братьев по перу»- авторов «Новой хронологии»? Сомнительно. Ведь и без двух пасквильных глав можно считать законченной книгу «Русская Атлантида» и расставить все точки над «и» в сфантазированной исторической виртуальности: «Что было бы с Русью, прими Святой Владимир-креститель вместо православия католичество»?
- Свои «мани-мани» профессор заработал и без всученных в книгу и несвязанных с ее содержанием, явно сфальцифисированных глав. Тогда за что же, так рискует так автор, если не за «мани»?
-За риск скомпрометировать имя ученого и звание профессора Буровский рассчитывал получить не просто «мани», а «большие мани».

Ведущий теле - шоу не без гордости объявил о громадном, в четыре с половиной миллиона, числе участников телепрограммы «Моя Россия», явно не подумав, что делать с остальными тридцатью миллионами обладателей книг Бушкова и Буровского. В России испокон века привыкли уважать и полагаться на печатное слово. Свидетельство тому народная поговорка: «Что написано пером, не вырубить топором! Что ж! Обладатели «исторических книг» в лощёных обложках так и останутся одураченными и с искривленным фальсификаторами сознанием.

Но вернёмся к нашим баранам. Стада их кочевали вместе с остальной живностью по степи между Волгой и Доном. Батый откочевал уже в мир иной, и Ордой правил не лояльный ко всем религиям хан, а жестко требовавший соблюдения мусульманских обычаев Берке. Он потребовал от Александра русских полков для войны в Иране. Золотая Орда готовилась к войне в Персии и одновременно намеревалась обескровить непокорную Русь в чуждой для неё бойне.
Свой последний и беспримерный подвиг совершает князь. «Не жалея живота своего» он бросается в рискованную последнюю поездку в Орду, чтобы «отмолить люди от беды тоя». Александр знает что Барке привык к беспрекословному послушанию подданных. Спорить с ним было равносильно самоубийству. Неизвестно, каких даров, и какой изощрённой дипломатии стоило проявить Невскому, чтобы отменить решение азиатского владыки?
Одновременно с Александром в Орду и Монголию прибыли послы Людовика 1Х Святого, подбивающих монголов на союз крестоносцев против сарацин и против Православной Византийской Никеи. Немалую роль в срыве этого союза сыграла дипломатия Александра Невского и вскоре византийский император Михаил Палеолог, став свояком монгольского хана и с его поддержкой освободил от латинян столицу Византии - Константинополь. Теперь церковно-политические отношения между Русью, Золотой Ордой и Византией вступили в новый этап. Гарантией тому, в Сарае был создан Южно - Русский Центр Владимирской Епархии. Под покровительством митрополита Всея Руси Кирилла в Сарае обосновался епископ вовсе не католический, а православный. Кочуя вместе с Ордой, он окормлял души многочисленного русского православного населения, а заодно и души татар-христиан несторианского толка. Но главное, епископ Сарайский служил и дипломатическим посредником трёх государей: Руси, Орды и Византии.
Последней заслугой князя Александра казалось бы вовсе невероятное, сломав непомерную жадность хана, он убедил того согласиться со сбором «выхода» с земли княжескими руками.
А вот как все эти события излагает кандидат наук и доктор философии Буровский. «Хан Берке потребовал от Александра воинов для войны с Ираном. Александр отказал - ему было чем заняться на Руси. - Тут вечевой строй подавлять надо, мол дел у меня - невпроворот. Этого отказа ему не простили. Но поступили не так как с отцом. Заделавшегося слишком самостоятельным князя по тихому отравили. Есть и другие предположения. Александр слишком много выпил с Берке и умер от алкогольного опьянения».
- Насчёт «других предположений» не делайте невинными глаза профессор. Уж вам то, должно быть известно, что Берке был рьяным мусульманином и кроме кумыса употреблять другие напитки даже на поминках родственников не мог. Кумыс напиток из кобыльего молока и славится своими целебными свойствами, а вот алкоголя в нём ноль целых пять десятых промилле. Попробуйте сами перебрать кумыса до алкогольного опьянения, может тогда ваша голова протрезвеет. Конечно, смерть князя Александра в сорока трех летнем возрасте вызывает много вопросов, как и совпавшая с ней по времени смерть Великого князя литовского Миндовга, ведущего с Русью переговоры о военно-политическом союзе против Ордена. Орда никогда не прощала самостоятельности князьям, поэтому и преждевременной смерти на 39 году ещё одного «слишком самостоятельного» князя Дмитрия Ивановича Донского не стоит удивляться. Правда, можно сослаться: - дескать жизнь русских князей вовсе не была мёдом. С возраста огольца усаживали князя на боевого коня, и вся его дальнейшая жизнь протекала во вражьем окружении. Просто нервы не выдерживали.
На подозрительную смерть русского и литовского великих князей, последовавшую после договора о совместном выступлении против тевтонского Ордена, указывают Гумилёв и Греков. Без сомнений, военный договор Александра с великим князем Литовским крепко напугал как Орденскую, так и Ордынскую дипломатию. Очевидно, не без их участия был убит Миндовг, и следом за ним умер при загадочных обстоятельствах возвращавшийся из Орды Александр. Выходит не дремала и пятая колона сторонников соглашения с Западом. Всегда находились на Руси личности, которых можно было купить за «мани-мани» в несколько сребреников.
Вспомянем, что ещё в 2001 году профессора Буровского мучил вопрос, чего же добился Александр Невский, подружившись с Ордой?
Ответ я нашёл у Л. Н. Гумилёва:- Хорошо разбираясь в азиатской ментальности и в хитросплетениях политики Орды и Рима, Александр поставил именно на ту лошадку, которой оказалось под силу вывезти и Русь, и князя. Ставки в политической игре были больно уж высоки как для Руси, так и для самого Александра. Как человек умный и сведущий, он распознал масштаб католической угрозы и смог противопоставить ей союз Руси и монголов. Договариваться с Орденом было бесполезно, тот рвал все договоры в любой подходящий для себя момент.
Александр Невский добился того, чего не мог добиться его могущественный дед Всеволод Большое Гнездо. А дед его был ещё тот Всеволод! По образному выражению автора «Слова...», только пожелай он того, Всеволоду под силу и « шеломами вычерпать Дон».
Недолговечный суверенитет пришлых князей в Новгороде трудами и дипломатическими ухищрениями Александра сменился государственным суверенитетом Владимирского князя. Тот, кто княжил во Владимире и утверждался на стол Ордою, становился теперь князем и в Новгороде. Именно политика Александра укрепила Владимиро-Суздальскую власть во всей Северной Руси. Это стало возможным лишь в результате Ордынской политике Александра Невского. Своими действиями относительно Орды, Церкви и боярских республик Александр наметил единственно возможный путь к возрождению Руси, по которому пошла младшая ветвь его наследников – князей Московских. После Александра традиционной стала идея соборного единства церкви, власти и народа – трех частей единой духовной паствы, каждой со своей миссией на земле. Эта идея и стала цементирующей силой на Руси. Политика, сформированная Александром - альтруистический патриотизм - была на несколько столетий принята за основу московскими князьями. Деяния Александра положили начало новой этнической традиции, союза с народами Евразии основанной на национальной и религиозной терпимости. Этим он на столетия определил направления развития многонациональной России. Эти традиции и привлекали соседние народы в Россию вплоть до ХIХ века.
Великий князь Александр Невский умер «много потрудившись за землю русскую, за Новгород и за Псков, и за все великое княжение, отдавая живот свой», так скажет, оплакивая кончину князя летописец.
В Соборном мнении потомков сегодняшний выбор князя Александра получил наивысшее одобрение. А постоянно занимаемое первое место в рейтинге шоу «Моя Россия»- высшая похвала князю от благодарных потомков.
Подтрунивать и с чувством превосходства подсмеиваться над национальными святынями свойственно протестантскому Западу, но подобное не принято в Православии. Православному и в голову не взбрендит рисовать шаржи на чужих пророков, хихикать над суверенной страной, сравнивая одну с унитазом, а другую с мочевым пузырём Европы. Однако православный требует такого же уважения и к собственным святыням. Конечно, больно видеть, как оголтелый националист с хохотком тычет пальцем на Храм Александра Невского, обзывая его домом Каина. Православный не забыл, про националистические призывы снести православный Храм с Вышгорода, как символ русской оккупации.
С библейских времён принято звать Каином «убивца брата своего». Это оскорбительное прозвище не клеится к благоверному и святому князю. Из братьев он никого не убивал, а напротив, даже помог подняться с колен споткнувшимся, по христиански подав им руку. Со временем, когда успокоился хан, Александр принял и облагодетельствовал и Андрея и Ярослава, и как блудных сыновей посадил их на прежние княжеские столы. Думаю, что обошёлся этот демарш князю дорого. Я имею в виду не бочонки с серебром, которыми он ублажал хана Берке и его окружение, а совсем о другом. Надо иметь большую братскую привязанность и мужество, чтобы просить за мятежников у непредсказуемого деспота. А вы бы осмелились на такой поступок, профессор?
Тогда не шейте другим то, что в меру собственной испорченности совершили бы сами. К заляпанной профессорской мантии «Печать Каинова» к лицу, как клеймо для замахнувшегося на убийство светлейшего образа князя в молодых неопытных душах.
Не знаю, простит ли вам мерзостный поклёп и оскорбление РПЦ. Надо думать, как не впрок Иуде тридцать сребреников, так и вам не принесут счастья большие «мани» за выполненный заказ. Пока не поздно покайтесь прилюдно и поставьте свечки перед образом князя. Авось да вас простят заблудшего, ведь в обычаях православия прощать кающихся.
А вот какими угольками на том свете вам придется рассчитываться с генералиссимусом, не ведаю. Не в его манере прощать перебежчиков и изменников и тех, кто поперёк его Указа стал. Именно его Указом введён боевой офицерский орден «Александра Невского», им награждались за боевые заслуги на фронтах Великой Отечественной войны. Орденом Суворова № 1 награждён за разгром фашистов под Сталинградом Спаситель Отечества маршал Жуков. Думаю, вряд ли простят вас потомки четырёх тысяч офицеров, награждённых орденом за личную отвагу и мужество в боях Великой Отечественной войны. Как реликвии они хранятся у внуков. Возможно ли вам перед ними оправдаться? Не знаю. Вероятно, если успеете это сделать до того как в России, как это и по всему цивилизованному белу свету, наконец примут Закон о наказаниях за клевету и поругание национальных святынь.

ИВАН ИЛИ ПЁТР? ВОТ В ЧЁМ ВОПРОС.
- Так, откуда пошло и есть государство Российское от ПЕТРА либо от ИВАНА? – всколыхнул моё юношеское воображение вопросик, подброшенный дядюшкой. Крепко заколебал меня дядя вопросиком, да так, что до седых волос зарёкся я от мгновенных и скороспелых суждений.
- Запомни! Государство наше и его имя - Россия суть порождение от Ивана. Народ, в котором он пробудил национальное сознание, при государе Иване III впервые вместо «русичей» или «москалей» стал зваться по-современному русскими. С тех времён и повелось в чужих землях русских называть «Иванами», но не «Петрами». Ко всему, Иоанн III оказался единственным удачливым реформатором государственного масштаба за всю тысячелетнюю историю Руси. Проведенная им «ПРИВАТИЗАЦИЯ ЗЕМЛИ» оказалась не только первым в России переделом собственности, но до сих пор служит мудрым примером тщательно продуманной справедливости.
Да и символ России - двуглавый орёл, как Государственный герб, берёт своё начало от Ивана, но вовсе не от Петра. Орёл о двух головах - напоминание о том, что не спуская глаз с Запада, Россия не сводит недремлющего ока и с Востока. Двуглавый орёл не «слетел с потолка», на царский штандарт, он был вполне легитимно наследован Иоанном III при династическом браке с Византийской принцессой. Так молодое государство подчеркнуло свою преемственность от Константинополя не только в Православии, но и в древней европейской культуре восточных римлян.
- Заслугами государя перед Отечеством служат его деяния, а награда ему благодарная память потомков – издалека начал дядюшка «Сравнительное Жизнеописание двух Великих государей России».
- Весь политический расклад в Европе и Евразии того времени брал в расчёт, и умело его использовал, государь Всея Руси Иоанн III Васильевич. Появление термина Россия, вместо бывшего Русь, связано с образованием на расширившейся территории московского княжества централизованного государства и русской народности с единым языком, письменностью и культурой. Вся мудрость проводимой государем централизации ещё и в том, что одновременно с ней он добивается прекращения замкнутости и отчуждённости России от остального мира.
Обо всех деяниях этого государя за один вечер не расскажешь, а понятнее они станут, если начать с предыстории его воцарения. Давай вернёмся к 1389 году к умиравшему молодым, в 39 лет, и многое не успевшему сделать великому князю Д. И. Донскому. Вряд ли мог он добиться большего, чем закрепить за малолетним сыном Василием великокняжеский стол. Ну а дальше, что Бог даст. Согласен князь, пусть по закону и «по старине», как старший в роде, его родной брат Юрий Звенигородский наследует от его сына Василия княжество Московское. Так и составили духовную. И вряд ли мог предвидеть умирающий князь, какую смуту на Руси вызовет подаренный тестем к его свадьбе золотой пояс. Ни он, ни его супруга Евдокия за постоянными хлопотами в обустройствах за почти ежегодно сгоравшей дотла столицей, не имели времени дознаться, куда же мог запропастится дорогой, усыпанный изумрудами, подарок. Обнаружилась пропажа не скоро и лишь на свадьбе внука Донского.
Сын Донского Василий был женат на дочери великого князя Литовского Софье Витовтовне и правил долго. 36 лет ждал ухода Василия в мир иной его родной дядюшка Юрий. Не дождался. А тот вдруг и в обход существующего завещания Дмитрия Донского, наследником назначил своего малолетнего сына Василия Васильевича. «От греха подальше», мама увозит мальца в Литву, к деду Витовту на воспитание и защиту. Пока жив был, скорый на расправу старый литовец, претендент на княжеский стол Юрий боялся и рта раскрыть. Лишь прознав о смерти Витовта, спешит он в Орду и выносит семейную распрю на суд хана. Суд был скорым и видимо зависел от размера взятки, поэтому ярлык достался всё тому же отроку Василию Васильевичу.
Казалось бы, венец и делу конец! Ан, нет! На свадьбе Василия Васильевича с Марией Серпуховской тоже внучкой Литовского князя, завязалась круговерть русской детективной истории с пропавшим поясом. История эта достойна пера Шекспира. За свадебным столом собралась вся семейка наследников Донского. Сын князя Юрия является на пир, перепоясанный злосчастным золотым поясом. Такой наглости прямолинейная, с горячей литовской кровью мама жениха София Витовтовна снести не могла. Прилюдно она срывает пояс и хлещёт им обидчика.
И пошло, поехало по всей Руси. Чисто семейная ссора обернулась феодальной гражданской войной, полыхнувшей по всем княжествам северо-востока страны. Внук Дмитрия Донского Василий Васильевич был согнан с великокняжеского стола своим дядей - князем Юрием и попал в заточение вместе с молодою семьёю. В темнице князь был ослеплён кузеном Шемякой и поэтому получил прозвище «Тёмный». Будучи незрячим, Василий Тёмный духовно не сломался, а упорно добивался своей правды, и уж «тёмным» этого князя никак не назовёшь. А причиной всех его бед и бед государственных случилась женщина близкая к власти, и вмешавшаяся в делёж «шапки Мономаха». Права народная мудрость:- Паны дерутся, а у холопов чубы летят, горят города и посады, а кони топчут посевы.
С младенческих пеленок будущий государь Иван III познал войну, неправый «Шемякин суд», заточение, череду предательств, и взлётов человеческого духа. При слепом отце, шаг за шагом отвоевывавшем свои права великого князя, мальчик Ванюшка был поводырём, толмачом, и письмоводителем, а так же верным телохранителем. Мальчик рано стал смотреть на мир глазами князя. С шести лет он был уже соправителем при слепом батюшке. Очень рано он повзрослел. Семилетним княжич был обручён со сверстницей Тверскою княжной Марией, а к 12 годкам их уже поженили. Так династическим союзом Москва замиряется со своим давним врагом, и князь Тверской сразу же переметнулся к ней от главного врага Московского - князя Шемяки.
Восьми лет отроду княжич Иоанн уже возглавляет поход дружины на город Владимир для отражения набега Казанского хана. Громить, а не трусливо прятаться от басурман, сызмальства приучен княжич. С малолетства приобвык он к ратному труду,- хотя и мал алтын, да дорог - так говорили воеводы, угадав в мальце своего будущего государя. Умело, как опытный охотник по следу травит зайца, так княжич по пятам преследует обидчика своего отца - Шемяку, и того постигает суд праведный.
Бабушка княжёнка - София Витовтовна завещала значительную прибавку к наследуемому им княжеству. И хотя от неё не досталось сундуков с драгоценностями, но экономя на всём «хитрая баба литовская», тратилась только на покупку новых земель и городков русских, и, несмотря на разорительную феодальную войну, сумела приумножить только с доходов это число с шести до пятидесяти двух. В умении собирательства земель София Витовтовна превзошла легендарного Ивана Калиту.
Такой же хорошей хозяйкой была и мать Иоанна и не только в княжеском доме. Ей не чуждо было и предпринимательство, такое выгодное, как солеварение. Рано овдовев, его матушка оставалась единственной объединяющей силой в раздёрганной семье потомков Донского. Иоанн, даже будучи государем и отцом семейства, никогда не забывал спрашивать её совета и благословления, и не разу не ошибся, и не прогадал дело.
Две большие войны выиграл способный дипломат и полководец Иоанн Васильевич. Первая Освободительная война в только что народившейся России была в духе позиционной, с изматыванием превосходящих сил противника, с дипломатическими ухищрениями, чтобы не позволить соединиться своим грозным противникам. В результате, расположившись у пограничной реки Угра Большая Орда напрасно ждала союзников: польского короля Казимира и мятежных братьев Иоанна, изменивших присяге и земле Русской. Всем в розницу, по отдельности и в «порядке живой очереди» сумел учинить личные проблемы премудрый государь.
Расположив за водной преградой Угры полки из невиданной ещё реформированной армии с новым оружием «огненным боем» Иоанн не пустил степняков на московские земли, а принудил Орду «кормиться», грабя и разоряя землю своего союзника короля Казимира. Одновременно дерзким рейдом речной рати в самое сердце Орды в город Сарай, самонадеянно оставленный ханом без защиты, он внёс смятение в рядах уже терпящего невзгоды от ранних заморозков у разложенного духом степного воинства. Российский «спецназ» возвратился домой, обескровив тылы степняков, заодно прихватив золотой запас хана и пленных для обмена. Так, благодаря прозорливости и находчивости первого государя Иоанна, российский спецназ в 1980 году мог бы и отметить свой пятисотлетний юбилей.
Орда замёрзшая, голодная, босая и «изодрашися» дрогнула, и побежала восвояси в страшном беспокойстве за собственные юрты с женами и детишками, и за кровное нажитое. А Русь, наконец, вздохнула и отпраздновала окончательное освобождение от монгольского ига.
Вторая и не менее важная победа была одержана Россией над ещё одним давним и опасным врагом, экипированным и вооружённым по последнему европейскому слову. Не менее долгожданной была эта победа над объединенным рыцарским польско-литовским воинством, возглавленным их лучшим полководцем князем Острожским. На Митьковом поле русская армия дралась не «стенка на стенку», а с применением тактических маневров завлечения противника в ловушку, с обходными манёврами и завершающим ударом с тыла. Трофеи были богатые. Пленена была вся вражеская артиллерия и рыцарская знать.
Навсегда освободив Русь от монгольского ига и отбив охоту у западных соседей зариться на русские земли, неустанно ведя борьбу с врагом внешним, Иоанн не прекращает её с внутренним, раздирающим Русь врагом – феодальной раздробленностью страны. С умом распорядился государь с реквизированными у мятежных новгородских бояр обширными землями северо-запада Руси. Для начала эти земли оприходовали в казну как государственные. Первая в России ПРИВАТИЗАЦИЯ была проделана с далеко идущим расчётом. От неё пострадала лишь кучка новгородских земельных магнатов, а в выигрыше оказалось нарождающееся сословие служивого народа - помещиков и свободных крестьян. Любой желающий послужить князю, даже бывший холоп, за Государеву службу теперь наделялся землицей – поместьем, и звался помещиком. Однако землёй помещик владел без права её продажи и наследования. Чтобы потомки наследовали землю, они обязаны были служить по гражданскому или военному ведомству, и звались служивым сословием. Не облагаться ни какими поборами было привилегией этого сословия.
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!